Страшная неделя

Быстро узнав Ядвигу Мстиславовну, палкой швыряющуюся в основе для костра, Новиков кивнул священнику и пошёл на улицу.

– Бог в помощь, – произнёс Новиков, когда они с отцом Павлом обогнули музей и оказались на заднем дворе. – Что жгёте?

Пламя тем временем уже объяло нечто, похожее на кучу мятых тряпок.

– Упыря поджариваем, – сказал Гаврил, глядя на огонь. – Хотите кусочек?

– А теперь внятно и по порядку. – Новиков тоже уставился на костёр, в котором медленно растекалась чёрная куча.

– Мы сидели в архиве, – ровно проговорил Гаврил.

Гаврил посмотрел на Зою, сидевшую на каком-то чурбанчике и таращившуюся в костёр.

– Ладно, – махнул рукой Гаврил. – В общем, он влез, кинулся на Зою, я – на него, а он как будто шёлковый шарф, склизкий такой. А потом Зоя ему в шею канцелярский нож всадила. Всё.

– И что с ним стало? – Новиков никак не мог отвести взгляда от распадающейся на хлопья золы тёмной кучи в костре.

– Он плюхнулся на пол, из дырки кровь стала хлестать. Она вытекла, а он так и остался лежать, как куча тряпья. А там уж Ядвига Мстиславовна подоспела.

– Простым канцелярским ножом? – переспросил Новиков, поверх голов глядя на бывшую учительницу истории.

Та щёлкнула пальцами, что-то взлетело, и Новиков поймал обычный ножик, которым точат карандаши. Только этот был весь в крови.

– Он даже не серебряный, – пробормотал рядом Антон.

Огонь догорел, и на каменной кладке двора осталась лежать кучка чёрной золы.

– А с этим что делать? – спросил Гаврил у Ядвиги Мстиславовны.

– Смешаем с солью и зароем где-нибудь. Например, в его же могиле. – И бабуля стала сгребать золу в обычный бумажный кулёк.

– А который это из четверых? – спросил Новиков, поведя плечами, как после оцепенения.

– Самый свежий, – сказал Антон, тоже потягиваясь. – Который в автобус влетел. Одним меньше.

– Пойдёмте внутрь.

Директорша музея взяла за плечи синюшно-бледную Зою и повела в музей, остальные потихоньку шли следом. В одной из комнат, видимо, служебной, на столе уже стояли чашки с чайными пакетиками. Наталья Львовна стала заливать их водой из электрического чайника.

– Я думал, тут у всех самовары. – Новиков сел за стол рядом со священником и Антоном.

Никто ничего не сказал. Все молча занимались чаем.