Проклятый 5. Альраксис

Но понимала, что если кто-то с ней и справиться, так это будет он сам. Никогда еще такого не было, чтобы ТАКОЕ оставалось безнаказанным.

- Ничего… тебе еще все вернется, - нервно ухмыльнувшись, Анна сделала несколько жадных глотков алкоголя.

- Я так не думаю, - девушка услышала голос, от которого ее передернуло.

У входа на кухню стояла Эбигейл и с издевкой наблюдала за тем, как Анюта пьет.

- Ну да, это не в твоем стиле.

Женщина недовольно поцокала и прошла к столу, устроившись напротив.

- Понимаешь ведь, что только усложняешь все? А я ведь только-только вернула тебе все.

- И че? – Анна исподлобья буравила гостью холодным взглядом, - мне тебе в ноженьки поклониться, да поблагодарить? Да вот нихера ты не угадала. Можешь обратно все забрать. Хоть все пальцы переруби, убей – плевать.

- Это не имеет смысла. Я лишь хотела напомнить тебе одну вещь.

Анна в недоумении выгнула бровь, пытаясь понять, к чему та ведет. Она встала из-за стола и подошла к девушке, нависая штормовым циклоном.

- Ты прикасалась к моему мужчине.

Более того, девушка отхлебнула алкоголя и утерла губы, откровенно игнорируя провокации, и заговорила спокойным тоном.

- Понимаешь ли, Эбигейл, разница в том, что мне он никогда и не принадлежал. Я его даже не удерживала, потому что знала – он мой. А тебя он не полюбит, как бы ты его не ломала, - Анна пожала плечами, скривив губы, - так что, мне этого достаточно.

Женщина покивала собственным мыслям, отведя взгляд, а затем все произошло так резко, что Аня сначала даже не поняла, от чего так жжет левую щеку.

Эбигейл нанесла размашистую пощечину – раздался звонкий удар, а Анна жадно глотнула воздуха. Гостья резко схватила ее за волосы и, скрутив их в кулаке, расплылась в злобной улыбке и приблизилась почти вплотную к девушке.

На лице Анюты стремительно наливалась краснотой пятерня, словно на кожу брызнули кипятком. Более того, след начал пузыриться и шипеть, обжигая кожу под тихий вой, раздающийся из-под стиснутых зубов.

- Опять ты все усложняешь. Ему же больнее делаешь. Он ведь считает, что с тобой все в порядке, из головы тебя выкинуть не может и страдает…

Эбигейл приблизила руку к обожженной щеке девушки и медленно провела тыльной стороной ладони по ране, сдирая свежие волдыри.

- А вот видела бы его глазки, когда я прошу называть себя – родная, может, стала бы смиреннее? Рыдает без тебя и спивается.