Проклятие Маверика

— Кави, не забывай, почему ты здесь находишься, — Малькольм понизил тон.

Джейн побледнела.

«Малькольм держит работников в рабстве? Нужно убираться отсюда» — в ужасе подумала она.

— Вы тоже не забывайте, Господин! — Кави гордо вздёрнул подбородок, смерил Джейн ледяным взглядом и ушел переделывать чай.

— Извини, за эту сцену, — Малькольм развёл руками и виновато улыбнулся. — Друг попросил пристроить племянника на работу и научить хорошим манерам.

Джейн неуверенно кивнула. Она не знала, как реагировать на происходящее.

Вызвать полицию? Или просто уйти?

— А где Лейла? — Джейн вспомнила, что раньше на месте продавца была милая, но немного заносчивая девушка.

— Уволилась.

— Давно хотела спросить, — осторожно начала Джейн, — почему работники называют вас «Господин»?

Малькольм удивился.

— Я, несомненно, прекрасен, и, если надену платье, смогу сойти за госпожу, но всё-таки предпочитаю быть господином. Мужской костюм идёт мне больше.

Дальше Малькольм мастерски перевёл тему и спросил о школе, вытягивая все подробности.

Он не перебивал, но часто поддакивал, когда Джейн, запинаясь, рассказывала, какой отвратительный одноклассник перевёлся в её класс.

Джейн даже не заметила второго прихода Кави и, как бесстрашно, приняла чашку из его рук. После первого глотка, она замерла, как сурикат в предчувствии опасности. Вкус чая был тот же, что и всегда — сладость земляники идеально сочеталась с освежающими нотками мяты. Ничего необычного.

— Не нравится? — спросил Малькольм, будто не заметил её состояния.

— Или горячий?

— Нормальный, — Джейнесс демонстративно отпила ещё раз.

— Кави просто ошибся сортом чая, поэтому я попросил принести другой. Зачем мне травить дочь полицейского?

— Извините, — непроизвольно вырвалось у девушки, и она тут же себя одёрнула.

Опасаться за свою жизнь — нормально. Мало ли что взбредёт в голову неизвестному человеку. Ты никогда не отгадаешь, за каким углом поджидает опасность.

— Через пару дней тебе исполнится семнадцать. Какого это родиться в Самайн? — Малькольм достал из вазочки песочное печенье, положил на блюдце и пододвинул к Джейн.

Она не особо жаловала сладкое, но мужчина об этом постоянно забывал.

— Отвратительно. Я ненавижу день рождения именно по этой причине. Этот праздник мне не принадлежит. Почему в мой день, я должна делиться горьким шоколадом за фразу «Сладость или гадость»?

Малькольм мелодично рассмеялся.

— Зачем делиться? Это именно твой день, — голос Мужчины звучал, словно музыка — красивая и завлекающая.