Проклятие Маверика

Джейнесс отчаянно старалась стать защитой и опорой для Элизабет, порой перегибая палку.

Охранники принесли Джейнесс совсем недавно и, воспользовавшись её бессознательным состоянием, скрутили Элизабет и совершили забор крови.

Лиззи подошла к Джейнесс и мягко потрясла за руку. Она представляла, как та разозлиться, когда увидит синяк под локтем.

Элизабет несколько раз позвала сестру по имени, но не получила ответа.

— Я не хотела! Мне очень жаль! — внезапно вскрикнула Джейнесс, сквозь сон, и перехватила руку сестры.

Элизабет почувствовала острую боль из-за натёртого запястья. Она попыталась освободиться, но Джейн только крепче сжала пальцы, впиваясь ногтями в кожу. Лиззи пожалела, что сделала старшей сестре маникюр.

— Дженни! Прекрати! — взмолилась Элизабет и свободной рукой потрясла сестру за плечо.

— Мне очень жаль. Я не хотела, чтобы он умер, — всхлипнула та в ответ и обмякла. Чёрные волосы ореолом разметались по подушке.

Элизабет застыла. Сердце, кажется, пропустило удар.

На негнущихся ногах, она доковыляла до своей койки и забралась с ногами.

«Я этого не слышала! Нет! Это галлюцинации» — подумала она, крепко зажмурившись и закрыв уши ладонями.

Элизабет раскачивалась, словно душевнобольная и бормотала что-то про невиновность сестры до тех пор, пока не потеряла сознание от перенапряжения.

Глава 6. Потерянные воспоминания

В особенно трудные периоды жизни Джейн предпочитала одиночество. Оно не осудит, не будет жалостливо пялиться, не станет подбирать слова, чтобы утешить.

Наедине с собой, можно спокойно выплакаться и о многом подумать.

Джейнесс старалась, чтобы никто не видел её разбитой, слабой, неспособной держать эмоции в узде. Она не помнила, в какой момент отказалась от материнской ласки, искренней отцовской поддержки и разговоров с сестрой. Лишь одно Джейн знала точно — всё началось со средней школы, а если быть точнее, то с Ника Миллера.

Они познакомились в средней школе. У двенадцатилетней Джейнесс уже тогда были проблемы со сверстниками.

Её дразнили за всё: слишком бледная кожа, болезненная худоба, неестественный цвет глаз и прочее. «Ведьма», «Страшила», «Палка» — эти прозвища преследовали девочку на протяжении нескольких лет.

Одноклассники предпочитали либо игнорировать её, либо издеваться, как издеваются дети до пятнадцати. Разрисованные тетради, разлитый клей в рюкзаке, мохнатые игрушечные пауки в шкафчике, и это самые безобидные пакости.