Правосудие Зейна

Глава двадцатая

Этой ночью мне снилось нечто странное: прогулка по Городу, озарённому ночным солнцем, казалось, бесконечное, но целенаправленное хождение вдоль улочек, утопающих во тьме, вслед за лучиком света луны. Постепенно контуры домов сменяет зелень деревьев сквера, но луч ведёт меня дальше, теряясь в какой-то смутно освещённой подворотне.

Внутрь я идти боялся, страх вполне логичный. Но вдруг луна, до этого спокойно висевшая на потолке неба, пропала, сделав окружающий мир тёмно-серым. И лишь подворотня оставалась во власти первозданного мрака.

Мне стало страшно, ещё страшней, чем раньше было. Но я не позволил панике до конца овладеть мной.

В темноте начали раздаваться звуки: скрежет, скрип, звон, рык - сначала еле слышные, они раздавались всё громче, всё сильнее проникая в мою голову. В глубине подворотни вспыхнули фосфорным светом красные глаза, очертив силуэт некоего существа.

И тут я одним махом кое-что осознал, узнал и резко успокоился - это же мой приятель! Я спокойно шагнул во тьму и протянул к нему руку.

Неожиданно вспыхнул белым светом висевший на стене фонарик, а я продолжал чесать и гладить здоровенного серого волка. Тот перестал рычать и вроде лизнул меня в ответ. При этом краем глаза я заметил некий силуэт, схватившийся за угол дома рукой с длинными когтями, но скрывшийся, прежде, чем я успел, что-либо предпринять.

Когда я пришел на следующий день в Департамент, то от былой паники осталась только деловая суета. Старшие сотрудники спокойно переходили из кабинета в кабинет, перенося стопки каких-то бумаг, а младшие без спешки покидали здание, неся в руках сумки с амулетами.

Я зашёл к начальнику, тут же получил бланк заявки и предписание, пошел в бухгалтерию, где заверил их у Элизы. Финальным местом моего тура по отделам департамента стала мастерская Мэтью Эрсона, где от него я получил здоровый тубус, предназначенный для мистера Реда Криггера. Кроме того, мне нужно было зайти в храм Пейта и Шуары и получить для него же приглашение на после завтрашнюю службу.

Этому назначению я смутно обрадовался: у меня появился повод поговорить с Майком или отцом Николасом и исподволь узнать адрес местожительства Молли. Мне было неуютно и больно от того, что я пропал так надолго в командировке и, даже вернувшись, не смог ей дать о себе знать.

"Никак нельзя - это конфиденциальная информация!" - тихо не получилось, но для этого была вполне объективная причина: никого, кроме вредного старикашки-привратника в храме не было.