Влекущий голос безумия

Малышка отошла от девушки и встала рядом с Распутиным, заглядывая тому в глаза.

Йен подумал - эти двое вполне могут общаться без слов. Григорий наверняка знает об этой девочке гораздо больше чем показывает. Впрочем, Распутин не выказывал ни малейшего беспокойства по поводу их странной знакомой. Вот только, эта привычка русского держать свои тайны при себе! Врезать бы его по морде. Мысль мелькнула и пропала - отставной офицер брал себя в руки.

Вместо того, чтобы бить Григория, Йен ответил на слова девушки.

- Дело не в вашей вере в желания или помыслы других.

Их мотивы тоже имеют мало значения. В конечном итоге, важным окажется результат и его влияние на события. Что касается людей - они не всегда понимают, когда их используют втёмную.

- Замечу, Йен, - Распутин посмотрел в сторону Уэллса. - Используют для их же блага.

Девочка, продолжая прижимать к себе потрёпанного медведя, довольно кивнула головой.

Элизабет вздохнула. Она сама ввязалась во всё это. Ввязалась когда решила не обращаться в полицию, а положиться на помощь возникшего из ниоткуда чернобородого мужчины.

Что думать о Малышке девушка вообще не представляла. Знала она только одно - окружающие её сейчас люди не пугали. Наоборот, казались близкими и уместными.

"Я всегда была везучей": Элизабет ухватилась за эту мысль. Именно так всегда и было. Отчего же теперь должно быть иначе.

- Хорошо, - голос Элизабет нарушил наступившую в комнате тишину. - Только, нам надо решить с кем оставить Малышку.

Девочка засмеялась, подобрала смятые листовки, сколько смогла удержать в одной ладони.

Потом она протянула их в сторону Элизабет.

Листовки вспыхнули все сразу. Яркое пламя взметнулось вверх, поглощая бумагу, обращая её в пепел.

Йен выругался, бросился к столу желая сдернуть скатерть. Следовало погасить огонь.

Элизабет поспешила к девочке - рука ребенка наверняка обожжена.

Малышка разжала пальцы. С ладони на пол посыпался холодный серый пепел.

Уэллс застыл со сдернутой скатертью в кулаке. Элизабет словно натолкнулась на невидимую стену в одном шаге от девочки.

Их остановил не вид сгоревших, рассыпающихся страниц. Их остановил новый взрыв смеха Малышки. Радостный, безумный, алчущий. Малышка словно хотела показать - не стоит вам забирать мои игрушки, может выйти худо.

Распутин спокойно потянулся.

- У меня остался последний вопрос к вам. Вы уверены, что наша маленькая спутница нуждается в опеке и присмотре?

Потом русский рассмеялся, вторя смеху Малышки.