Лесные заветы

В этой женщине я чую лишь слабые зачатки родовой магии, ее посвятили в род, но не обучили. Этой с темным не тягаться, ее раздавят. И сына не спасет и сама погибнет. А так, родит снова и род продолжится. Мальчик все равно перенять силу не сможет, колдовская сила Сескутовых переходит лишь по женской линии.

Тем не менее, наблюдать за страданиями этой женщины мне было неприятно. Она напоминала мне тонкую статуэтку из слоновой кости, такая же хрупкая и нежная, дотронься — и мгновенно осыпется множеством осколков. Слабая, необученная, бестолковая…

Правда, внешне женщина была красива, длинные волосы огнем горели в темном лесу, как у всех Сескутовых.

Все они словно солнцем отмеченные. Среди нашего лесного народа нет таких сочных красок, такой дерзкой яркости черт и этой изумительной нежности фигуры. Захотелось протянуть руку и ощутить мягкую и гладкую кожу.

Лес зашевелился, заволновался вновь. Значит, темный уже подошел к границе Вечного Лесного Брата. Скоро будет пытаться пробраться внутрь, но Древо никогда не позволит Тьме ступить на свою землю.

Все же, несмотря на очевидный исход, я не смог оставить мальчишку и скрагов темному на съедение. Мелкие заступники не позволили. Просто приволокли ребенка ко мне, словно на веревочке, передали из лап в руки и были таковы. Что еще мне оставалось делать? Но мать об этом не знает. Да и демон, не получив добычу, вернется к усадьбе и будет терпеливо ждать, как хищник ожидает свою добычу.

Молодая колдунья, тем временем, что-то вытащила из кармана. Я присмотрелся. Это оказался камень-путевик, он давно хранится в семье Алевтины.

Перешел когда-то от ее предка, первородной колдуньи. Аглая была сильнейшей ведьмой в их роду.

Значит, теперь нерадивая мать получила доступ к знаниям. И значит, Анастасии больше нет в живых. Очень жаль, с ней легко было договориться.

Женщина несколько минут недоверчиво смотрела на кристалл в своих руках. Потом вперила взгляд вперед, в густые заросли, постояла так, о чем-то раздумывая, на что-то решаясь. Потом одела кристалл на шею, опустила руки и замерла.

Неужели пытается взывать к родовой магии? Без всякой подготовки? Невозможно. Только сильнейшие колдуньи прошлых столетий способны были получать доступ к силе без особых ритуалов, лишь собственной волей и личной силой.

Но вдруг кулон засветился, сначала слабо и еле заметно, но с каждой секундой разгораясь все ярче, напитываясь лесной магией. Лес благодушно зашептал, одобряя действия молодой колдуньи. Я же сам не мог разобраться, что чувствую.