Книга вторая. Шлепок гнева

- А что довлеет над бытием? – тоскливо спросил ангел и болезненно икнул, - Что?

- Хаос, разумеется, - удивленно поднял я бровь, устав в процессе, - Хаос великий и неделимый, иронично выделивший ничтожно малую часть себя на наше всё, Валера. Всё бытие. И повинуясь не воле, а иронии, ты найдешь мне немного крови, потому что мы с тобой, падший ангел, братья по хаосу. Его провозвестники в этом мире и в других.

Позади меня тихо всхлипнули по орочьи. Ангел, выпавший в осадок, возвел очи горе и замер соляным столпом. Его нимб нервно мигал.

Я тихо страдал за стойкой, смиренно ожидая результатов перезагрузки крылатого. Внезапно на стойку стукнулся высокий стакан. Потянув носом, я чуть было не застонал – коктейль «четыре орчанки»! Прелесть! Моя прелесть!

Моя…?

Прелесть…?

- Мы тебе его дадим, если поможешь вытянуть своего большого друга на свидание! – рожица Василисы была хитрой, алчной и пошлой, прямо как у её столпившихся позади сестер.

- Дудки! – моментально отреагировал я, - Дружбанов на девок не меняем!

- Ну и…, - попытались кровно обидеться сестры, но не вышло.

Ангел психанул.

- Хватит!! – прогремел он аж с разнесшимся по таверне потусторонним эхом, хватая бокал, а затем ставя его перед моим носом со стуком, - Пей и уматывай, вампир!!!

- А…

- И только попробуй заплатить за это! Только попробуй!

Валера сделался страшен и грозен, а орчанки тихи и пугливы. В трактире стемнело.

Не каждый день ангел перед тобой грохает сосуд с официанточьей кровушкой. Ну как тут отказаться от такого сервиса? Конечно, выпьем.

Молча правда, и без тостов, но на какие жертвы не пойдешь, чтобы этот милый блондин не стукнул чем-нибудь по голове. Всё-таки пал же он с какого-то перепугу, так почему бы и не из-за ярости?

Покинув причал, то есть трактир, я уже было пошёл к автобусной остановке, как вдруг из-за спины раздался шум. Меня кто-то догонял, пыхтя и топоча. Оборачиваться я, конечно, не стал.

- Конрад, постой! – пропыхтели у меня за кормой алисиным голосом, - Постой! А… можно я с тобой?!

- Чего? – удивился порядочно посвежевший я, - Тебе чего это дома не сидится? В кои-то веки?

- Ну…, - полностью одетая Тарасова, нацепившая себе на голову огромную и слегка помятую соломенную шляпу, когда-то ставшую моим трофеем, слегка смутилась, но ответила, - Анники уже второй день дома нет.

Мне скучно.

Хм… кому откроет быстрее пастор, воздерживающийся уже неделю – мне или миленькой девочке-подростку?

- Идём, только сопровождающего дёрнем, - согласно кивнул я, - И шляпу береги.