Книга вторая. Шлепок гнева

Долго ходил вокруг съежившейся и робко моргающей Мыши, причем я видел, что у начальства прямо зудит попросить, чтобы она встала и повертелась – уж больно фигуристой уродилась. По сравнению с обычным рэтчедом небо и земля. Но профессионал – и на работе профессионал!

- Ассоль, встаньте пожалуйста…, - мягким и нежным тоном попросил начальник государственной безопасности, садясь возле меня.

Вот те раз.

Хорошо, что этим всё ограничилось. А еще хорошо, что я шляпу снял, иначе бы её ушами уже удерживал бы в воздухе от такого поворота сюжета.

Ну Мыш и Мыш. Человек, считаем, только с синими волосами в виде гривы, с хвостом крысиным здоровенным, да с легким пушком по конечностям. Ну и лицо, конечно, слегка мышиное. Может и не слегка, но я, как давняя жертва общения с волчерами, ничего ужасного не вижу. Мыш и Мыш.

- Конрад, ты задолбал со своей «Мышью». Сиди, не мешай думать.

- Вообще уйти могу, - обидчиво выдал я, - Мавр сделал своё дело, Мавру за это не платят.

- Премию выдам, - внезапно расщедрился начальник, - Большую.

Оформим как командировочные.

- Это ж где же что-то сдохло? – недоверчиво покосился я на визуально простодушную бычью морду, заставив Мыш испуганно икнуть.

- А если подумать? – проурчал минотавр, продолжая смущать полурэтчеда взглядом своих больших и влажных глаз.

- Мне не нравится, к чему всё это ведет! – заявил я.

Но было поздно.

Таково лицо Омниполиса, нашего любимого города изгоев. Если ты имеешь дело с вампиром, то не ожидай, что он бросит пить кровь и начнет глодать укроп.

Отыскать духовно богатого гнома, отринувшего всю материалистичную суету, сложнее, чем ангела, копящего злато. А уж если ты имеешь дело с полудемоном – не жди, пожалуйста, что он пойдет против своей натуры. Эмма за все годы своей работы на Управление ни разу не подняла руку на обычного гражданского, но рэтчеда она убьет обязательно. Просто потому, что пересекутся инстинкты и долг.

- Я прикажу ему, - ноготь минотавра уперся в меня, - взять вас под опеку и защиту, Ассоль. Но только если вы будете максимально откровенны.

Максимально. Мы хотим знать всё. И, предупреждая ваш вопрос, наша сотрудница не подойдет к дому Конрада Арвистера. Ни за что.

- То есть, мне надо рассказать вам всё, чтобы стать бесполезной для дела?

Очень умная Мыш.

- Её зовут Ассоль, Конрад. Старый ты расист.

- Я хочу быть в восхищении от своих командировочных, - пробубнил я брюзгливо, - И прикажите принести крови!

Мыш начала говорить.

Всё оказалось сложнее и проще, чем я предполагал.