Иллюзия знания

Так может их стоит проявлять хотя бы отцу?

Озвучив риторический вопрос, Джаспер скрылся в пепельной дымке, а вслед за ним и Кристофер, бросивший на прощание расстроенный взгляд. Вскоре, белый туман прорезали отблески разогревающихся двигателей, и в чуть алеющее от приближающегося заката небо поднялся элегантный флайдер фиолетового цвета, подмигнувший бликом хромированного бампера. Вибрирующий шум двигателей усилился и через несколько мгновений транспортник стремительно умчался вдаль, по направлению к высоким горам на горизонте.

Лорд Фалькон вздохнул, с трудом возвращая абсолютное самообладание. Окинув взглядом тлеющие руины, он приблизился к бездыханному телу Лазаря взиравшим в пустоту всё тем же остекленевшим взглядом. Где-то за спиной, в десятке шагов, раздалось филаментное шипение и шорохи. Но Проспер не вздрогнул, напротив, он лишь присел рядом с телом контактёра, глубоким вдохом и выдохом обретая полную невозмутимость.

– Что же ты наделал? – раздался тихий, но от того не менее глубокий голос архимагистра.

– Я ошибся.

– Это не просто ошибка, Проспер. Это провал.

– Знаю.

Над кронами деревьев пронёсся холодный ветер, насыщенный ароматом хвои и осенней листвы. Туман, вызванный переизбытком эллогической энергии в пространстве, однако, никуда не исчезал и продолжил покрывать дымящиеся руины разрушенной резиденции ректора Университета Искусств.

Над бетонными и древесными обломками, издавая незаметное гудение, проплыл тёмный округлый контейнер. Зависнув рядом с телом Лазаря, он замер, прошипел – и сверху отъехала крышка, выпуская наружу скопившуюся прохладу.

Вздохнув, Проспер помог подошедшему ближе мленарду погрузить тело контактёра внутрь контейнера.

– Вот и вторая линия для нас закрыта, – подытожил архимагистр, проводя рукой по крышке летающего гроба.

– Боюсь, что так, – кивнул Фалькон. – Сначала Тэйл, теперь и Соул…

– Куда отправил сыновей? – внезапно спросил старец.

– На восток, в Королевство Фоул.

– Рейнард знает?

– Я его не оповещал.

Вэйлор кивнул, вздыхая.

Окинув руины пристальным анализирующим взглядом и обратив особое внимание на чёрные пятна, источавшие зеленоватый пар, мленард холодно спросил:

– Что будешь делать?

– Я не знаю, – признался Проспер.

– Знаешь, но боишься принять как данность.

– Я верен догмам ордена, архимагистр. Наблюдение и невмешательство.

– Даже Конденсариат не может быть важнее родительского долга, Проспер! – мленард повысил голос, отчего Фалькон ощутил всю тяжесть его осуждения.