Ловушка

Кира смущённо кивала в ответ и убегала в «свой» зал. Благо что он пустовал поздно вечером, спрятавшись в углу, она пыталась повторить те движения, которые видела.

И спустя два месяца решила, что этого достаточно, чтобы…

В тот поздний вечер Кира вернулась домой, полная решимости избавиться раз и навсегда от тех уродов, что посчитали эту квартиру собственной.

Открыла дверь в вонючий воздух, густой от табачного дыма и перегара, бьющий по ушам сипло-хриплыми и гнусавыми голосами и пьяным гоготом.

Кира не стала забегать в детскую, где её ждали близнецы, которые не могли уснуть без неё. Она сразу направилась на кухню. Остановилась на пороге и, выждав, когда её заметят и примолкнут, решительно велела:

- Уходите из нашей квартиры! Уходите!

Мать так и не подняла голову от столешницы, вдрызг пьяная.

А те сначала дружно загоготали.

Потом поняли, что эта взъерошенная девчонка говорит серьёзно.

Из-за стола встали два бугая.

Кира попятилась, холодея от ужаса, но всё ещё крепко держа руки так, как – видела – сжимали их юные бойцы, тренировавшиеся на татами.

Они бы её просто затоптали в коридорчике между кухней и прихожей, если не сделали бы что похуже, не выскочи из детской на странный шум близнецы. При виде безвольного тела старшей сестры, которое азартно пинали два алкаша, малыши завизжали так, что соседям с лестничной площадки волей-неволей, но вмешаться пришлось.

Правда, ни один из пришедших на помощь вызывать полицию не захотел: почуяв, что запахло керосином, алкаши мгновенно покинули недавно гостеприимное местечко.

Да и… Когда сердобольные соседи перенесли девочку на кровать в детской и топтались рядом, утешая рыдающих близнецов и вполголоса толкуя, вызывать ли полицию и скорую, Кира очнулась и прошептала:

- Пожалуйста… Не надо. Сама… отлежусь.

Зашуганные ею близнецы («Будете плохо себя вести – придут злые тётки, уведут вас в детдом!») со страхом смотрели на соседей.

Потолковав между собой: «Может, девочка и справится сама. А влезать в проблемы чужой семьи – себе дороже…», соседи разошлись. Кроме той, которая устраивала Киру на работу. Будучи медсестрой и понимая, что внутренние органы юной соседки после избиения могут быть повреждены, тётя Вера осторожно попыталась уговорить Киру вызвать-таки скорую. Но девочка твёрдо, хоть и слабым голосом, отказалась.