Ловушка

Она выскочила в подъездный коридор – всё в том же в грохоте, перешедшем из её сна, и едва успела ухватить глазом пропадающую фигуру человека, взбегающего по лестнице – явно к надстрою. И она бросилась следом за Ратмиром – если она правильно сообразила, кто это. Здесь, на запасной лестнице, было пока ещё очень темно, и разок она споткнулась так, что чуть не кувыркнулась – но, падая, вцепилась в узкие перила и удержалась на месте. Впрочем – что, на месте-то... Чуть только равновесие пришло в норму, Кира ломанулась вновь наверх, краем глаза отметив, что за нею бегут ещё двое…

Под невероятный грохот она снова споткнулась на порожке надстроя, но сумела выровняться и уже медленнее подойти к человеческой фигуре, стоявшей в пяти-шести шагах от двери надстроя.

Кира ничего не могла с собой сделать. Открыла рот и потрясённо смотрела, как несколько вертолётов на бешеной скорости облетают дом-семиэтажку, обстреливая, обливая его огненными очередями (насколько она поняла!) из пулемётов!

Рядом с ней кто-то встал – и она видела, но не слышала в том грохоте, как грудная клетка вставшего рядом мужчины раздувается, распрямляя ему плечи, и снова сдувается.

С другой стороны от неё встал ещё один, потом к нему присоединился третий.

Они не разговаривали, обмениваясь впечатлениями или вопросами, типа: «Да что, дьявол всё побери, происходит?!» Элементарно знали: друг друга не услышат в этом звуковом и огненном аду.

Только смотрели, как разбиваются редко уцелевшие стёкла в шестом и пятом этажах. Как загораются квартиры от напора бесконечного огня…

Потом спохватился Ратмир. Он обернулся и беззвучно закричал. Пошёл на выскочивших на крышу мужчин и Киру с поднятыми руками, без слов говорящими: «Уходим все! Уходим с крыши!» Они все, спотыкаясь на ровной крыше, уходили к надстрою, ошеломлённо оглядываясь на горящий дом, на вертолёты, кружащиеся вокруг него остервенелыми акулами.

К оборотню быстро подошёл Ратмир и ударил по плечу, едва не уронив его.

- Что с тобой?

Ответом был дребезжащий от дрожи вой.