Темная история. Сердце бога. Книга 2.

«Чего надулся-то как мышá? Расскажи хоть, чего такое стряслось? Я ж вашей магической лабуде не разбираюсь: просвети уж по старой дружбе?»

Я задумчиво перевёл на «русалку» взгляд и неохотно отозвался: «Это чтоб.. ну… как бы».

«Чтоб ты сидел и не трындел!» – расхохотался двойник.

Это тебе б не помешало! – бросил ему я сердито.

«В общем, чтоб я не ввязывался в неприятности», – досказал-таки я, отведя глаза.

«Не, ну если так – то это ж хорошеечно! – потеребила свои цветные косички Хлоя. – Но вот ты, я смотрю, не рад нифига подарочку.

Типа надзор? Ну знаешь, тем, кто под домашним арестом, браслеты такие вешают на руку, чтоб ты там из дома не выходил, или из района. Было в каком-то фильме вроде, вот недавно вот…»

Я красноречиво вздохнул. Вместо тысячи слов.

«Кто так тебя отделал-то? Миша б не стал бы поди…» – задумалась девушка.

«Это и не он», – вполголоса проронил я.

«Это тот.. ну вот.. который?...»

Я заметил, что Хлое не очень-то хочется поминать Мастера всуе. Вот и мне не хотелось, потому я просто угрюмо кивнул.

«Бли-ин.. – протянула она. – Сочувствую, Арим… Попадалово».

«Да», – я удручённо пригладил волосы.

«Ладно, не кисни, – потрепала меня по плечу «русалка», пытаясь приободрить. – Жив, цел – это главное! А я побежала арбайтен-арбайтен: денюжка с небес не падает, а жалько». С этим словами она звонко чмокнула меня в щёку и выскочила из кухни. А уставился ей вслед широко распахнутыми глазами, прижав ладонь к лицу. Давненько она меня не баловала ничем подобным.

«Задрали со своими поцелуйчиками», – недовольно фыркнул Азраил.

Тебе, значит, можно любить, а мне нельзя? – возмущённо осведомился я.

«Любить! Да ты даже не знаешь, как это, балда ты умом обделённая! – зло огрызнулся он. – Вот это вот.. херня вот это вот всё! Пожалела она тебя, дурня! Не сдался ты ей: попомни, что я сказал. Сам увидишь!»

Ну естественно! – с досадой выговорил я. – Ты один у нас всё знаешь, всё умеешь! А уж людей-то любишь аки Христос! Вселенской любовью!

«Пошёл на хер», – кратко изрёк двойник.

Его аргументация завсегда потрясала воображенье: возразить при таком незаурядном уровне оппонирования было сложно.

Мы на какое-то время замолчали.

«А вот тебе не интересно разве, как эдакого сиротку-бедолажку взяли с улицы в весь такой да разэдакий Орден?» – с хитрецой начал Азраил чуть погодя, подбираясь издали.

Я насторожился. И равнодушно бросил: «Вообще нет».

«Врёшь! – хохотнул он.