Зеленый пес Такс и Пять кошачьих магов. Часть 2

Воображение представило его в каком-то странном и жутком месте, напоминающем то ли собачий приют, то ли людскую тюрьму. По обе стороны широкого прохода стояли штабелями от пола до теряющегося где-то в вышине потолка клетки с собаками различных размеров, пород и возрастов. Между ними медленно и со скрипом тянулась резиновая конвейерная лента с лежащими на ней обглоданными костями. Она утаскивала их куда-то в темноту, откуда раздавались размеренные бухи и чвяки.

“Вот так нашли мы себе работу на стороне. Общественно-полезную нагрузку, так сказать, – сообщил мне архимаг, который по одной разламывал клетки и передавал сидельцев Снежинке в человеческом обличье.

– Приоткрыли дверцу, а оттуда высыпалась целая орда боевых скелетонов. Целые подпольные фабрики, и все – под проклятием работного дома”.

“Опять темные артефакты?” – зарычал я.

“В том-то и дело, что нет. Просто кое-кому очень хотелось сэкономить на станках и оплате монотонного ручного труда”.

“И никто этого не замечал?”

“Скорее всего, в Вольтанутене скоро появится новый начальник стражи, – буркнул Сыскной вожак.

– У вас прелестный город, но как я сюда не приеду, кого-то обязательно приходится снимать с должности. Сам Раббель, возможно, просто не интересовался, но один из его замов точно в деле, если не в доле. А Синехюнс получит выговор с занесением. А если не начнет следить по сторонам, то так и останется майором... то есть, комендантом на веки вечные. Впрочем, это уже наша кухня с бурлением известных субстанций. У вас с хозяином хоть все в порядке?”

“Нет”.

Я рассказал Сыскному вожаку о пропаже Зиньки.

“Попробую еще немного подергать наших фигурантов. Вдруг мы еще не все из них вытрясли, – с сомнением произнес он. – Вообще-то, с магичками, особенно, орденскими они старались не связываться. Слишком горячо”.

“Скорее всего, ее никто не похищал, – передал я. – Мы считаем, что она пошла на разведку в Кривую башню, и там ее кто-то захватил в плен”.

То, что высказал архимаг по поводу женского любопытства, трагической смерти кошки и какой-то Пандоры, открывшей что-то нехорошее, я не решусь повторить даже моему хозяину.

Не стоит его учить плохому.

Однако, закончив бросаться словами, Сыскной вожак немного подобрел и сказал, что поищет данные в своем внутреннем архиве. Мне вдруг представилось, как он, нацепив на себя высокий остроконечный колпак с ограненным хрустальным шариком наверху и большим желтым бантом спереди, кладет на камень огромную книгу.