Одиннадцать

Гномка молчала, лишь изредка показывая что-то в своей книге заклинаний и часто с оживлением объясняя работу тех или иных магических формул. Старик или благосклонно кивал, или что-то черкал пером на странице, доводил какие-то символы или добавлял к перечисленным дополнительные реагенты.

К Испытанию студенты начинают готовиться сразу, как только заводят свою книгу заклинаний. Как известно, умения волшебника зависят от его книги, тем паче что большую часть заклинаний периодически приходится повторять. Без неё колдуют они крайне посредственно.

Отними у всесильных магов книгу, фокусировку в форме медальона, кольца, броши и прочей безделушки, а ещё направляющее в виде палочки, посоха или трости, и они превратятся в обычных горожан. Каждый увешан разными штучками и приблудами как новогоднее дерево. И чем грамотнее волшебник, тем больше он эти вещи скрывает на себе.

Ганс до сих пор был не уверен, что являлось магической фокусировкой у своей давней подруги-волшебницы. И у Морна Стормвинда ситуация складывалась весьма похожая.

Наконец гномка, радостно пискнув, обняла своего наставника, запихнула свой фолиант, красиво обтянутый изумрудно-зелёным переплётом в сумку, и молнией скользнула к выходу. Уже у двери она на мгновение остановилась перед Вороном, внимательно изучая его, после чего отвесила весьма уважительный поклон и, не дожидаясь ответного кивка, скрылась за дверцей кабины.

― Чем же я привлёк внимание Управления? ― послышался хрипловатый голос старого мага, который поднялся со своего кресла и отправился к небольшому закутку, где напротив друг друга стояли несколько мягких диванчиков, между которыми стоял журнальный столик.

Увидев чуть заметный жест мага, Ворон двинулся за ним следом, почтительно идя позади. Дойдя до диванчиков, Морн налил себе из стоявшего на столике графина фужер тёмной жидкости и упал в объятия мягкой обивки. Он сделал знак гостю сделать то же самое. Дважды упрашивать следователя не пришлось.

― Управление не в состоянии оплатить мои услуги в качестве эксперта, так что сильно сомневаюсь, что вы пришли сюда за этим, ― засмеялся хозяин кабинета не без превосходства в голосе, наблюдая, как сыщик наливает себе из графина вино и усаживается в объятия мебели.

― Управление неспособно, способно другое, ― усмехнулся Ганс такой улыбкой, какой не улыбался уже давно. Он стащил с головы капюшон, но вряд ли собеседник увидел бы её во мраке, что захватывал кабинет с каждой минутой.