Одиннадцать

Кое-где Ганс и Слай обходили драки, шумные компании подпитых рабочих, возвращающихся из таверн и кабаков домой. И убийца, и следователь достаточно хорошо знали город, чтобы не заблудиться, попав в тупики, которыми нижний город изобиловал.

Миновав последнее высокое здание с выстроенными из кирпича почти несколькими нижними этажами, они тут же проникли в густой кустарник, наткнувшись на достаточно широкую тропу, ведущую вглубь. Две луны, то и дело скрываясь за тучами, давали более или менее приемлемый свет, хотя Ганс уже давно шёл в своих очках.

Слай снизила скорость передвижения до спокойного шага, поравнявшись с сыщиком.

― По заданию Сквика я следила за твоей напарницей, ― тихо проговорила она. ― Мы полагали, что ты что-то против нас проворачиваешь.

Следователь ухмыльнулся, но ничего не ответил, да и его ухмылку под капюшоном она вряд ли заметила.

― Когда ты был у него, она зачем-то пришла сюда. Судя по всему, она меня заметила, ибо я потеряла её след именно здесь.

― Почему ты мне говоришь это? Почему мы вообще здесь?

― Её запах тоже остался здесь, ― с грустью в голосе произнесла табакси.

― В городе, где я видела её позже, не было её запаха, что я чувствовала здесь.

― Где ты её последний раз видела? Покажи, ― попросил Ганс, уже умом понимая, что он, скорее всего, сейчас увидит.

Он старался скрыть волнение, но бешено стучавшее сердце было против разумных мыслей. Ворон неспроста старался не сближаться ни с кем.

Табакси бесшумно провела их практически к самой реке, в самую глубину парка.

Пока они не остановились невдалеке от нескольких полян. Пели птицы, холодный ночной ветерок приносил сырость с воды, откуда-то квакали лягушки. Ухал филин. У одного из деревьев мерцали тусклые огоньки, в которых виделись силуэты диких фей. Они нападали только на тех, кто покушался на их деревья, хотя могли покусать достаточно сильно.

Ганс протянул руку и, вибрирующее от магии кольцо, раскололо чары сокрытия с громом и треском, напугав местную живность. На одной из полян начал медленно вырисовываться уже немного стёршийся и впитавшийся в землю магический круг.

С громким уханьем куда-то во тьму унёсся филин, шелест множества крыльев и прекращение песен показало, что все пернатые решили отсюда улететь подальше.

Следователь и табакси осторожно зашли на полянку, стараясь не наступать на начерченные кровью символы, линии и знаки, и внимательно оглянулись по сторонам. В центре круга, прикрытая валежником и еловыми лапами, лежала бесформенная фигура.