Одиннадцать

― Продуктивного дня тебе!

Дойти до Управления следователь не успел, его догнал стражник и попросил следовать за ним. Как они его находили в городе, сыщик не имел представления. Особых пояснений не последовало, но Ганс понял, что они идут на место очередного преступления. Перейдя мост, он вдруг поймал себя на мысли, что он на мгновение испугался, ― убили кого-то в верхнем городе, а это не сулило ничего хорошего. Особенно в условиях проверки ОСБ. Однакоего вели в сторону форума.

Днём форум использовался в основном для прогулок зевак, аристократов и праздной молодёжи.

Для них поставили беседки, портики, скамейки, вдоль реки посадили декоративные деревца, в клумбах из мрамора цвели прекрасные растения, мягкая трава газонов радовала глаз. Собирались здесь на политические дебаты или собрания не чаще раза в месяц, а то и меньше. Сегодня здесь оказалось на редкость пустынно.

Больше десятка стражников и примерно столько же бойцов гарнизона держали периметр вне досягаемости зевак и просто гуляющих жителей.

Вообще то, что предстало перед глазами Ганса, видеть обычному горожанину было бы категорически нежелательно во избежание паники и ужаса.

Ворон без труда прошёл мимо бойцов оцепления, причём он заметил на лицах солдат некое облегчение и надежду ― их сослуживец будет отмщён, убийцу поймают. Ганса знали даже они, слухи о его безупречной работе доходили до многих. Кого-то это сильно напрягало, кто-то, наоборот, преисполнялся верой в закон.

Недалеко от тела стоял давний знакомый инспектора.

Крупный зелёный драконорожденный в полных латах стоял, скрестив руки на груди, и щурился, при этом его зубастая пасть время от времени клацала, ни дать ни взять цокал языком и ругался про себя.

― Морелт, моё почтение, ― произнёс Ганс, подходя к воину, протягивая руку для приветствия. Тот по-воински её пожал, крепко сжав её у локтя инспектора.

― Что-то мы не по тем поводам видимся, друг мой, ― вздохнул Морелт. ― Нашего лучшего бойца порезали втихую. Это большая потеря.

Ворон знал, что Морелт был великолепным командиром и отлично помнил каждого из своих солдат, заботился о них как мог.

Ему стукнуло уже лет шестьдесят, что по меркам его расы очень почтенно. Драконорожденные редко доживали до девяносто, а на покой уходили в семьдесят. За его спиной несколько военных конфликтов и масса боёв. Его знали как командира, что бережёт своих солдат.

Инспектор ещё раз бросил взгляд на погибшего минотавра, лежащего лицом к небу, раскинув мускулистые руки.