Пожиратели

Оставаясь в обществе тренка один на один, доброволец не чувствовал ни боли, ни одиночества, ни страха, лишь спокойствие и смирение перед концом своей жизни приятно окутывали туманным облаком все, что он видел и ощущал в последний раз. Но со временем даже этого стало мало. Тренки все чаще появлялись среди людей, вливаясь в их привычную жизнь, и, постепенно все к ним привыкли. Многих верховных тренков приглашали на самые значимые события в городе, будь то открытие нового ночного клуба, день рождения успешного бизнесмена или королевский прием.

Но вовсе не радушный прием в обществе волновал пожирателей. Приучив к своему присутствию людей, они получили неограниченный доступ к постоянному источнику самых свежих тел. Даже находясь в большой толпе, они могли прочитать мысли любого человека на расстоянии вытянутой руки. И этого им было более чем достаточно, чтобы понять, на сколько он близок к своему решению стать очередным добровольцем или новым клиентом. Порой, ничего неподозревающего прохожего достаточно было лишь осторожно подтолкнуть мимолетным ощущением отчаяния или разочарования, и вот он уже покорно шагает к своему преданному «помощнику». Конечно, многие люди знали правду о такой помощи, и статистика суицидов за последние пять лет говорила сама за себя, но правительство лишь закрывало на все глаза, аргументируя это высоким уровнем стресса, наркотиками и прочими отговорками, которыми всегда можно было откупиться от глупой толпы. Пожиратели также всячески активно не давали возможности просачиваться лишней информации в массы. СМИ находились под постоянным строжайшим контролем. Все протесты и митинги жестоко подавлялись при участии самих же пожирателей, а их предводители и основатели подвергались так называемому «суду без адвокатов», где после короткого рассмотрения дела сразу же выносился приговор. Обычно он ограничивался большим штрафом, но если у подсудимого не было достаточно денег, чтобы его оплатить – его отправляли в специальную тюрьму, где он выполнял особые исправительные работы на протяжении весьма неопределенного срока. Многие также сомневались, что подобные тюрьмы или исправительные лагеря вообще существовали, так как ни в одном из источников не было описано их конкретное местоположение, а на протяжении пяти лет существования еще ни один заключенный не вернулся оттуда домой.