Пожиратели

- Хеееетклиф! Боже мой! Нет, нет, неееет! Ну зачем тебе была так нужна эта девчонка? Почему???? Ты был не прав, не прав, мой маленький, глупенький малыш. Ты не слушал, мамочку, и вот что получилось – со стороны было похоже, что графиня сходит с ума, шепча ему на ухо все эти бессмысленные слова, она не понимала, что уже ничего нельзя исправить, и он вовсе не слышит ее. Любой, кто пытался подойти к ней и предложить хоть какую-нибудь помощь в ответ получал лишь еще более громкий раздраженный крик, она пыталась защитить своего сына, сама не понимая от чего.

В это время, перебарывая дикую боль в плече, я пыталась встать или хотя бы подползти чуть ближе к нему,… к его телу, достаточно на сегодня было бы просто умереть рядом с ним. Я надеялась на то, что графиня захочет убить меня собственными руками, тем самым она сделала бы нам обеим большое одолжение. Едва ли у меня хватило бы смелости на самоубийство.

Внезапно, в зал вошла бригада врачей, подбежав к Хетклифу, они начали его осматривать.

Когда один из них начал делать ему искусственное дыхание, я услышала, как одно из ребер Хетклифа хрустнуло, с трудом заставив себя отвернуть голову, я почувствовала, как начинаю задыхаться в истерике. Вывихнутое плечо не давало пошевелить рукой, я даже не могла закрыть ею свое перекошенное от боли и отчаяния лицо. Когда дошла очередь до меня, один из врачей задал мне вопрос:

- Мисс, с вами все в порядке? Вы что-нибудь повредили?

Мне хотелось ответить, но казалось, что я просто разучилась говорить, когда мысли же наоборот, неслись огромным потоком, заполняя всю мою голову, готовую в любой момент лопнуть.

«Да, точно, ум и сердце за одно, рука черт с ней, просто верните все назад, заставьте Хетклифа снова дышать и все будет хорошо, да, все будет хорошо. Боже, ну почему нельзя вернуть время назад? Боже, как же больно, что же делать?...»

- Верните его, доктор, прошу вас, верните его! Он ведь жив!!! Он не мог умереть! Не моооог! – своих слов я не слышала, только тихий хрип с трудом сочился из пересохшего горла.

Когда врач дотронулся до руки, я непроизвольно выгнулась назад, боль была адская, будто прямо в кость воткнули острый кусок железа. Меня начало трясти, раньше я никогда не боялась боли, но в тот день ее было слишком много.

Понимая, что без успокоительного не обойтись, доктор открыл небольшой шприц и сделал первый укол. Дрожь быстро прошла. Контроль над телом почти вернулся.