Посланники Обители. Громовое колесо

Тем, то есть, кто к старым святым местам особую любовь пытает. Ну, а кому ещё сдавать? Кто по иным причинам в эту глушь поедет?

Хорошо уже здесь то, что наша комнатка и на самом деле оказалась отдельной, только для двоих. Хоть здесь не обманули. Более того. И вход у неё был свой. Со двора. С нарисованной красной краской на двери цифрой двадцать пять. Почему двадцать пять – не знаю. Не похоже, что в этой хате ещё двадцать четыре “номера” разместить возможно было бы. Да, и бог то с ним. Главное – наша цифра, а значит пришли мы точно по адресу.

Вроде и хорошо всё складывалось. Однако, учитывая то, что в комнате реально поместились только две железных одноместных кровати, между которыми как-то умудрились втиснуть узкий журнальный столик (он же – обеденный стол, судя по всему), стоимость сих апартаментов показалась мне несколько завышенной. О чём я тут же и не преминул сообщить Орису.

Сатир пробурчал что-то невнятное на счёт того, что кому не нравится, тот может валить отсюда прямо сейчас, не задерживаясь, найти себе место в поле да там под лопушком и прикорнуть.

Затем завалился прямо в обуви на кровать и отвернулся к стене. Видимо, так ему лучше думалось.

О том, что мыслительный процесс у рогатого пошёл вовсю, вскоре подтвердили раздающиеся с его стороны характерные звуки. Думаю, создаваемые в его мозге трущимися друг о друга серыми клеточками. Этот интеллектуальный скрежет, правда, очень уж напоминал обычный храп.

Но, уверен, только напоминал. Я в сатире не сомневался! Раз обещал он мозгами пораскинуть, то так и поступил. Слово его – кремень!

Вздохнув, я тоже лёг. Можно было, конечно, в качестве альтернативы, ещё постоять или же присесть. Но насиделся я уже в электричке, а в ногах, народ говорит, так вообще правды нет. Так что, лёг я. И обвёл ещё раз глазами комнату. Ничего особо нового не увидел. Разве что, только, четыре массивных гвоздя, вбитых по паре справа и слева от входной двери.

Судя по всему, являющимися этакой эконом-версией вешалки. Или даже шкафа.

Спать мне не хотелось. Совсем. За последнее время я и так восстановил вполне достаточно сил, чтобы чувствовать себя более чем бодрячком. Применить свою энергию, разве что, пока было некуда. Так что оставалось только терпеливо ждать подходящего момента, не расплёскивая накопившуюся мощь понапрасну. Ну, и думать. Может, не так громко, как рогатый, но думать.