Посланники Обители. Громовое колесо

Рядом со мной уткнулся в неожиданно возникшую преграду и Орис. Но на месте, в отличие от меня, рогатый оставаться не пожелал. Он со всем усердием, но абсолютно тщетно пытался протиснуться между двумя служителями закона, застывшими, что те монументы, перед нами. Его отчаянный вопль: “Пропустите! Что за произвол!” также, вполне ожидаемо, никакого результата не принёс. Оба бравых могучих офицера, телосложению да росту которых могли позавидовать бы и гренадеры, стояли молча, твёрдо, плечо к плечу, и на крики никак не реагировали.

- Некуда вам больше спешить, – сказала нам в спину, да словно отрезала, ведьма. – Варианта два у вас теперь всего. Первый – это вы сейчас со мной пойдёте. В сопровождении моих милых ребят в форме, само собой. Чтобы даже мысли сбежать у вас не возникало. Второй – в участок поедете. Оформят вас там, как бродяг, да посадят на пятнадцать суток. И всего делов. А потом ещё на пятнадцать. Ну, к примеру, за плохое поведение и сопротивление властям.

И так и дальше будет продолжаться, пока более покладистыми вы не станете. Так, что? Какое решение примите, друзья?

На моём запястье вдруг защёлкнулся замок наручников. Второй браслет от них, между прочим, был уже застёгнут на руке одного из полицейских. Точно таким же образом в одно мгновенье надёжно связанным, разве что, с другим офицером, оказался и сатир.

- А это что? – показал я глазами на наручники.

- А это – подстраховка. Я же предупреждала, – ответила Мария.

– На всякий случай. Кто вас знает затейников?

- В отделение, так в отделение, – кивнув головой, очень быстро принял решение, Орис. – Кто-то адекватный да всё равно там найдётся. Остановит беспредел.

- Надейся. Надейся, сатир. Только недолго. Я ждать не люблю, – лицо ведьмы снова исказила до неузнаваемости гримаса ненависти. Она злобно посверлила рогатого глазами и перевела взгляд на полицейских. – Забирайте их. И по полной программе там с обоими.

Не церемонясь и не жалея. Чтобы потом на коленях, да со слезами горючими в глазах и соплями кровавыми по полу умоляли голосами своими изломанными ко мне доброй отправить.

Я пожал плечами. В отделение, так в отделение. У нас же Орис переговоры ведёт. Вон как у него хорошо получается. Знает ведь, наверняка, что делает, человек. То бишь, козёл…

Ну, на самом деле выход-то в такой ситуации и другой был, конечно. Пожарный, который.