Аферисты поневоле

Рыжый монстрила стащил со стола кусок прожаренного мяса из тарелки, предназначенного клиенту, мирно ожидающему заказанное блюдо; был замечен кем-то из персонала и, привыкший к благоговейному обращению, от громкого крика запрыгнул на разделочный стол, где серебристыми молниями мелькали ножи. Я даже не успела испугаться, что Эмильен останется без лап, ушей и хвоста, как он, продолжая зажимать в зубах добычу, вскарабкался на возвышение, а потом бросился наутек, сметая все на своем пути.

На пол летели начищенные до блеска кастрюли, инвентарь, названия которого я никогда не знала. Повара кинулись ловить паршивца, замахиваясь на него всем, что попадалось под руку.

Пусть в юридических закавыках я не сильна, но подсчитать убыток в состоянии, если придется платить за подпорченную шкурку. Поэтому я кинулась спасать подопечного.

Поначалу повара увидели во мне поддержку, оказанную сознательной гражданкой, недовольной ситуацией на кухне, а потому приняли в круг тех, кто загоняет рыжего кота.

Воспользовавшись ситуацией и общей неразберихой, улучила момент и сцапала паршивца за заднюю лапу. В ответ мне досталось шипение, возмущение и отборная ругань на кошачьем языке. Думаете, откуда я это поняла? Не важно. Главное, у меня не оставалось никаких сомнений.

Едва ухватилась за конечность, сразу пошла в атаку. Наивные служители кухни решили доверить опасное дело поимки кота активной девушке.

Они дистанцировались ровно настолько, чтобы я могла перехватить увесистую тушку покрепче.

Эмильен рычал, мурзился и пытался царапаться всеми когтями. Да он никогда во время купания так себя не вел! Что за демоны в него вселились?

— Давай его сюда. Освежую, — осклабился детина справа от меня. — За пятым столиком как раз кролика просили.

— Этот на молодого ягненка тянет, — не согласился с ним щуплый и прыщавый.

— Эй! — возмутилась я.

— Вы что задумали, живодеры?! Будете потрошить животное?!

Эмильен полностью со мной согласился, взвыв на полную мощность, и для весомости своего возмущения мотнул в сторону кусок телячьей ноги.

— Не в первый раз, — ответил детинушка и, переглянувшись с прыщавым, пожал плечами. — Ты киску нам передай, и скоро она появится на твоей тарелке. Что предпочитаешь? Шейку, крестец?

— Свой филей приготовь! — выкрикнула в ответ.