Аферисты поневоле

Вдвоем быстро нашли то, что могло пригодиться, и мы поспешили к дереву. Эмильен успел перебраться на толстую ветку и с победным видом поглядывал на людишек, суетящихся у подножия.

— Хороший котик, хороший, — начала ласково приговаривать и выстраивать пирамиду-лесенку из деревянных ящиков.

Добровольный помощник помалкивал, но с готовностью подравнивал мою конструкцию. Эмильен принялся смачно жевать мясо. Наверное, боялся, что отберу добычу, едва до него доберусь. Если меня не заставят платить за сворованное блюдо, то, так и быть, оставлю пушистику потыренную вкусняшку.

Я девушка добрая.

Пирамида из ящиков смотрелась ненадежным сооружением, но меня сей факт не смущал. Георг пытался предложить свою помощь, но я решительно воспротивилась. Эмильен со мной знаком и от постороннего мог дать деру, а ночной забег по двору или — того хуже — по бульвару в мои планы не входил.

Ступив на шаткую импровизированную ступеньку, почувствовала, как под весом прогибается тонкая деревяшка. Второй шаг «прокомментировал» тихий скрип.

Замерла, потом попробовала дотянуться до кота. Не достала.

— Помочь? — предложил Георг.

— Ящики придержи, — посоветовала я, не сводя внимательного взгляда с Эмильена, с аппетитом ужинающего сочной телятиной.

Следующая пара ступенек далась тяжелей, чем первая. Ненадежная опора скрипела, волновалась подо мной и грозила рассыпаться, казалось, от возмущения из-за неправильного ее использования. Ничего. Мне бы только за кончик хвоста ухватиться, а дальше…

Охоту испортил голубь.

Вредная птица, подозрительно похожая на ту, которая дразнила за окном Эмильена, уселась на соседней ветке и с интересом уставилась на нас. Воркование привлекло внимание рыжего обжоры. Недогрызенный кусок мяса упал прямехонько на начищенные до блеска туфли Георга. Обувь — это было последнее, что на нем оставалось чистого, но кот подкорректировал сей момент.

— Да чтоб тебя! — в сердцах выкрикнул виконт, дрыгнул ногой, сбрасывая в сторону изжеванное месиво.

Борьбу с ворованным мясом наблюдала боковым зрением, стараясь не отвлекаться ни на что постороннее и медленно приближаясь к цели. Оставался последний шаг до вожделенной цели, я протянула руку, дощечка подо мной охнула и сломалась. Ступня провалилась вниз, я вскрикнула, мужские руки поспешили меня подхватить. Вместе мы рухнули на развалившуюся пирамиду, а сверху послышалось веселое воркование. Голубь потешался над нашими страданиями от всей птичьей души.