Песнь златовласой сирены. Жар огня

Рука, лежащая на моей попе, сжалась. Явственно ощущая прикосновения к своей коже, без всяких преград одежды, я поняла, что белья на мне тоже не наблюдается.

Испытанный мною шок трудно передать словами.

– Проснулась?

Я вздрогнула от вопроса.

Меня перевернули на спину и нависли надо мной.

В панике я забарахталась, пытаясь оттолкнуть от себя лорда. Рука случайно соскользнула ему на талию, и я ощутила присутствие на нем белья. Хоть что-то!

Круглыми глазами уставилась я на Тень, туго соображая: «Как я здесь оказалась?!»

– Интересный вопрос, – язвительно произнес мужчина.

Видимо, я послала ему свои мысли. – Вот что бывает, когда начинаешь посещать питейные заведения. Не стоит тогда удивляться, что оказалась в чужой постели и не помнишь, как тебя раздевали.

Горечь подкатила к горлу, и меня затошнило. Закрыв рот рукой, я спешно стала выбираться из постели, уже не заботясь о своем внешнем виде, и лишь молилась, чтобы окончательно не опозориться. До ванной комнаты долетела, не чувствуя ног.

Успела в последний момент. Меня мучительно выворачивало над отхожим местом.

В какой-то момент на голые плечи лег мужской халат, усиливая мой позор: с одной стороны, прикрыли наготу, а с другой – было невыносимо стыдно, что лорд видит меня такой.

Когда меня отпустило, я бессильно села на пол, кутаясь в халат. Было так плохо, что хотелось просто лечь и умереть. На четвереньках отползла к стене и прислонилась к ней спиной, сжавшись в комок. Бездна, за что мне это?! Позор на мою голову! В висках пульсировало, и я чувствовала такую слабость, что даже сил не было встать.

Лишь увидев перед собой мужские ноги, поняла, что Тень вернулся, но головы не подняла.

– Лоран, тебя даже проучить толком нельзя. Сама себя лучше любого накажешь, – хмыкнул лорд, обозревая меня. – Вставай, пол холодный.

Он что-то поставил на раковину и наклонился, поднимая меня, так как я даже не пошевелилась.

Я еле стояла, и он приказал:

– Обхвати меня ногами!

Одной рукой он прижал меня к себе, в другой держал принесенную с чем-то кружку.

Я спрятала лицо у него на плече, чувствуя себя полностью разбитой. Лишь увидев, что он тащит меня к кровати, я протестующе затрепыхалась, не желая приближаться к месту своего позора. Поняв причину, Тень сменил направление в сторону кресла у камина.

Опустившись в кресло вместе со мной, он тут же протянул кружку:

– Пей. Станет легче.

В этом я сомневалась и была бы счастлива выпить обычного яда, настолько мне было плохо.