Песнь златовласой сирены. Жар огня

Лоран смотрела ему в глаза, и он слышал ее серебристый смех у себя в голове, наслаждался открытым доверчивым взглядом, упивался искренними эмоциями. Ни одна опытная женщина не сравнится с этой девочкой, открывающей для себя чувственную сторону отношений.

Жаль, что им так и не удалось тогда поговорить. Прощание вышло скомканным, и он бессильно наблюдал, как Лоран уводит принц. Проводив их взглядом, натолкнулся на внимательный взгляд короля. Чтобы отвлечь его и не возбуждать подозрений, заговорил о делах. Что-что, а эту связь он точно не одобрит.

Уже сейчас у него большие планы на Лоран.

Сегодня на лекции он специально старался на нее не смотреть, боясь не справиться с эмоциями, что чревато, когда среди адептов оборотни. И в то же время внутренне был сосредоточен на Лоран, читая лишь ее. Купался в лучах эмоций, исходящих от нее. Впервые им так откровенно восхищались, даже можно сказать, любовались. Чувствуя на себе ее взгляд, он как никогда с воодушевлением рассказывал и даже не уловил тот момент, когда она закрылась от него.

Стало холодно. Это можно сравнить с тем, как после солнечных лучей на лицо падает тень. Исчезло согревавшее его тепло, и он остался лишь с общим фоном эмоций адептов.

По-настоящему задумался о том, что что-то не так, лишь когда она ушла после лекции, даже не повернув головы в его сторону.

Разговор с Лоран получился трудным. С одной стороны, до боли в пальцах хотелось сжать ее в объятиях, а с другой – само нетерпение, которое испытывал, дожидаясь ее из ванной комнаты, было настолько ему несвойственно, что он усилием воли заставлял держать себя в руках.

Поневоле вспоминал, как они вместе купались и она исследовала его тело, проверяя на прочность. Безумно хотелось присоединиться к ней, но он не мог себе этого позволить. В первую очередь нужно было узнать, что она думает обо всем случившемся. Строить предположения было бессмысленно, этой девочке уже не один раз удавалось удивлять его.

Он так и не пришел ни к какому решению насчет них. Обвинял себя, что воспользовался ее неискушенностью, брал всю вину за случившееся на себя и в то же время понимал, что не может от нее отказаться.

Оставалось узнать ее мысли и чего хочет она сама.

«И что делать с этой способной ученицей? Научил на свою голову», – невесело усмехнулся он. Лоран не спешила делиться сокровенным и скрывалась за щитами. Он не мог понять ее: сначала она сама признается, что ни о чем не жалеет, а потом огорошивает вопросом о его детстве, касаясь личного.