Демоново свидание

Ваша кровь послужит угощением демону, отведав которое, он выпьет вашу жизнь и тем самым перейдет в этот мир и под мою власть.

- Профессор, вы уверены, что мою кровь нужно использовать так? - уточнила Риса, заметив, что он ставит чашу за гранью внешнего круга.

- Без всякого сомнения, моя дорогая, без всякого сомнения! Ларочка, я всегда восхищался вашей любознательностью. Именно поэтому вы, моя дорогая, должны принять участие в сегодняшнем эксперименте. Лучшей кандидатуры, достойной Его, мне не сыскать.

Зависнув над линиями октограммы в немыслимой для его возраста позе, Леонид Аркадьевич нанес в центр рисунка руну призыва демона и, слегка пошатнувшись, распрямился.

Было заметно, что многочасовая возня с чертежами далась ему не просто: лицо раскраснелось, капли пота, стекавшие по покатому лбу и округлым обвислым щекам, срывались на исчерченный белым мелом камень, когда он не успевал подхватывать их полосатым носовым платком.

- Его? Кого вы призовете?- спросила Риса и сама удивилась тому, как низко и хрипло прозвучал ее голос.

- Кианна, демона вечности и утерянных знаний! - Эйтгер перелистнул страницу гримуара и торжественно зачитал:

–Secundum antiquum pactum compleatur rituale! elementis terrae, ignis, aquae et venti coniuro! Virtutes animi, lucis, siderum ac tenebrarum, viam monstrao, praecipio, voco: coram me appare, in gyro. Voto incommutabili et septem sigillis exoro: ne obsis, ne secus quam voluntate mea et sacrificio praeparato. O Kianne, appare, appare, appare in mundo!*.

Лучи звезды налились багряной чернотой, руна призыва исторгла дымовую завесу в центре которой появился.

.. Риса не сдержала восхищенного вздоха. Явившийся человеком точно не был. Так выглядело искушение, так выглядела тьма. Антрацитово-черные глаза, холодная улыбка на хищном лице, широкий разворот мощных плеч и длинные волосы цвета горящей лавы. Глядя на фигуру Кианна, она мигом вспомнила, что демон вечности, огня, утерянных знаний и кошмаров по данным некоторых монографий потворствует пороку и разврату.

- Кто звал меня? - спросил Кианн глубоким проникновенным голосом. Пространство внутри октограммы дрожало и искажалось от потоков силы, исходивших него.

- Я, Леонид Аркадьевич! Вот это, - мужчина кивнул на чашу с кровью аспирантки.- священная жидкость из тела жертвы, она впустит тебя в мир людей, по моей воле и под мою руку.

Киан окинул ленивым взором медную чашу и издевательски усмехнулся:

- Постою за порогом.

- Что?! - Оторопело выдохнул профессор.