Возвращая Белиала

Она что-то узнать должна была, мы тогда упыря на Яузе ловили… Но наша Вика в тот день совсем не в настроении была, а Петр Петрович, наоборот, веселился и чудил безбожно. А в довершение всех своих концертов решил, что над нашей красавицей и поиздеваться можно. Высыпал на нее банку чая черного, который банально спер в магазине. Вика взбесилась страшно и вызвала какого-то духа домашнего, безобидного в целом, но вредного ужасно, и наказала ему гонять Кусовникова, как Сидорову козу. И ушла.

Через два дня вернулась, но уже с Ровниным.

Генерал наш к этому времени заикаться начал. Оказывается, это Викино заклятье вызывало какого-то духа-прилипалу. Вот он и летал рядом с Кусовниковым, повторяя ему на ухо: «Денежки, где мои денежки?». Тут и здоровый-то человек с ума сойти может, а представь, что испытал бедный разоренный скряга. Ох, и влетело тогда Виктории за ее художества! Ровнин ее знатно пропесочил и запретил ей с тех пор любыми способностями без приказа пользоваться, даже мелкими.

- А Вика колдовать умеет? – расширились глаза Жени.

- Ну, колдовать не колдовать, но может вообще очень многое.

Ровнин ждал девушек на крыльце дома, в модном светло-коричневом пальто, попыхивая неизменной трубкой. Женька как-то подумала, что абсолютно не представляет своего начальника с сигаретой в руке, она как-то совсем не сочеталась с его обликом. А вот трубка выглядела гармонично, придавая ему шарм и вызывая у окружающих безграничное доверие.

- Как здоровье Петра Петровича? – спросил он у девушек, подходивших к зданию.

– Осеннее обострение или что-то серьезное?

- Я бы сказала, что-то непонятное, – в тон ему ответила Валентина. –Наш генерал, как истинный патриот Отечества, таким вот образом хотел нас проинформировать, что, по его мнению, случилось что-то страшное. И мы должны немедленно отреагировать. Только вот, что именно, - она развела руками, – он не представляет. Дал только примерное направление – Императорский вокзал.

- Вот даже как, – задумался Ровнин. – Это скверно, что никакой конкретики.

Каланчевка, площадь трех вокзалов. Там много всего находится, не самый приятный район для нашей работы.

Ровнин затянулся трубкой, глядя в сторону отсутствующим взглядом, как будто что-то вспоминая или прикидывая. Потом, видимо, все-таки приняв какое-то решение, махнул рукой.

- Так, Евгения, проверьте все сводки за последнюю неделю, позвоните в районный отдел и минут через двадцать собираемся у меня в кабинете. Будем думать.