Медальон

Но сила эта не физическая, она где-то внутри, созревает, как зелёная вишня наливается с каждым днём все больше и больше. Мне буквально на секунду становится чрезвычайно беспокойно внутри. Когда успели родиться во мне незнакомые чувства?

Вчера я была на грани сумасшествия от страха за свою жизнь. Сегодня же меня совсем не волнует, что мы чуть не попались в лапы индейцам.

Я либо схожу с ума, либо сказочно беспечна.

Поднимаю глаза на своего спасителя, он спокоен и собран. Возможно, его настрой передаётся и мне.

Мэкхья с привычным недоумением смотрит на меня, помогает подняться. Деловито протягивает руку в пещеру и выуживает мешочек.

— Я не рассчитывал, что мы так задержимся, — передаёт мне его, —Перекуси. Только немного, чтобы были силы, а не разморило. Ты частенько вырубаешься.

Я вытаскиваю что-то засохшее неаппетитного бардового цвета. Брезгливо морщусь.

— Вяленое мясо, - закатывая глаза поясняет он.

Пробую. Не так плохо. Очень даже неплохо. Охотно съедаю пару кусочков.

— На пути в резервацию есть несколько магазинов, но мы идём окольными путями, поэтому я сделал заначку, — подмигивает Мэкхья.

— Мне снятся странные сны, - причмокивая перебиваю его.

— Тебе нужен асабикешиин.

— Асаби что?

— Асабикешиин - это амулет. Он защищает спящего от злых духов и дурных сновидений. Его история уходит корнями в древность, есть даже красивая легенда. Если ты когда-нибудь увидишь этот амулет, то ты сразу поймёшь, о чем я говорю.

По преданию, он соткан паутиной, чтобы ловить тревожные сны. У меня тоже есть. Мама заботливо сплела его, когда я был ещё совсем мальчишкой, — грубые черты лица сразу разгладились при упоминании о маме.

Я будто познакомилась с другой частью его души, скрытой от всех, даже от него самого. Заметив, с какой любовью он рассказывает о семье, меня жалит ревность. Я бы тоже хотела, чтобы мама оберегала мои сны.

— Расскажи, — прошу я.

Приподнятое настроение индейца быстро сменяется угрюмость, уголки рта ползут вниз.

Он будто приходит в себя и мысленно корит себя за излишнюю болтливость.

— Предупреждаю, я буду должен завязать тебе глаза, - переводит он резко тему.

— Что? — с нескрываемым возмущением спрашиваю я.

Он пожимает плечами.

— Я все равно плохо ориентируюсь, не нужно.

— Есть правила. Это даже своего рода негласный закон, у всех индейцев одинаковый. Незнакомец не должен знать обходной путь в резервацию.