Министерство Астрологии

Но лучше скажи, как ты сама?

Алла искренне пыталась вникнуть в проблемы Нади, но её разум полностью поглощал Полотняный Завод. Поняв, что не стоит грузить занятую подругу ворохом собственных проблем, она нажала на кнопку записи:

– У меня в целом всё нормально. Местечко здесь сумасшедшее, и я была уверена, что всё село состоит в секте, занимающейся евгеническими экспериментами над людьми. И, вероятно, так и есть, мы просто не нашли доказательств… Но возможно я судила книгу по обложке, а справедливость обретается в неожиданных местах и формах…

Она задумалась, имела ли смысл последняя фраза или нет, и пояснила в следующем голосовом:

– Я будто в мире Гарри Поттера или Звёздных Войн, где люди живут без Знаков Зодиака.

А ты знаешь моё отношение к Зодиакам. Или знала. Возможно, влияние созвездий безумно преувеличено и раздуто, но само существование Полотняного Завода, стремящегося убежать от зодиакальной дифференциации, доказывает, что Зодиаки крепко держат всех нас в своих когтях…

***

– Эй, Лёня, Надя, выходите! – крикнул Дима со двора гостиницы.

Прошла неделя, отведённая на проверку Полотняного Завода, и завтра коллеги возвращались в Калугу. Возвращались без громких новостей о культе Раков, убитых младенцев или принудительных абортах, но со скучными выписками из найденных документов, подтверждающих единый Знак Зодиака всех жителей Полотняного, и протоколами опросов местных жителей, единодушно одобряющих и поддерживающих план Полотняного оставаться большой семьёй Раков.

Аллу продолжала грызть мысль о ненайденной статистике по абортам из Полотняного, но Дима и Лёней уверяли коллегу, что это была бы бумажная капля в море документов, опровергающих мифы о секте в Полотняном Заводе.

– Не верю своим глазам! – объявил Лёня, выходя на порог гостиницы и осматривая Диму. – Где гипс?

– Всё! – радостно крикнул тот, хвастаясь голой и теперь здоровой рукой. – Только что сняли в райцентре! Теперь два повода отмечать, пошли!

– А куда идти? – спросила Алла, выходя на крыльцо и вдыхая ароматный летний воздух.

– Сюда, на площадь! – махнул Дима в направлении центра села.

На Полотняный опускались вечерние сумерки, но на обычно тёмной центральной площади Ленина оказалось светло. Разномастные светильники, будто принесённые сельчанами из домов, подсвечивали аллейки изумрудного сквера, зажатого между продуктовыми магазинами и розовым пряничным зданием управы.