Министерство Астрологии

А сколько у нас было Овнов? Один! Один на весь интернат. И то потому, что его родители в аварии погибли…

Аллу прервал курьер, принёсший пиццу.

– Подруга, я тебе искренне сочувствую, – сказала Надя, когда они сели за стол в гостиной посреди коробок с одеждой есть пиццу. Стол возвышался над бардаком, как заброшенный остров над холодным морем. – Но то, что Зодиаки не пустой звук – научный факт. Сколько исследований было сделано, сколько экспериментов… Над чем вот, по-твоему, Министерство Астрологии трудится?

– Да ясно над чем.

– Ну, скажем, не у нас. В каждой стране есть такое министерство. Не просто же это так.

Спорить с Надей о Знаках Зодиака Алла не любила и, если бы не увольнение, не стала бы поднимать старую тему. Но пережитая несправедливость – как тяжёлый камень, брошенный в сосуд. Пока избыток воды не выльется из сосуда слезами или словами, кромка воды не станет ровной вновь.

Дверь хлопнула, и в квартиру зашла Полина, бледная девочка с большими серыми глазами и растрёпанными кучерявыми волосами.

– О, Поля, будешь пиццу? – предложила Надя.

Но девочка молча пошла в свою комнату.

– Подростки, – развела руками Надя и продолжила есть.

За окном заходило солнце, вино подходило к концу, а глаза Аллы всё ещё сияли от непролитых слёз. Жужжание машин на Проспекте Мира, как тряска ночного поезда, то ли раздражало, то ли расслабляло.

– Надь, я не знаю, что теперь делать, – призналась Алла, отчаянно откусывая полкуска пиццы.

– Хоть чему-то тебя жизнь научила, – улыбнулась подруга. Её глаза тоже блестели, но от австралийского мерло. – Ал, ты, может, думаешь, что в тебе нет таланта, но я-то его вижу. Вот только это не стихи и не рисование, которые мы мучали в нашем классе с творческим уклоном. Это талант изменить мир! Тебе кажется, что Зодиаки – это херня? В тебе столько энергии Воздуха, что ты можешь это доказать и всё изменить! Я могу твою энергию руками пощупать, вот её сколько!

– О, налакалась, подруга.

– Да я хэзэ. Всё человечество хэзэ. Но надо же что-то делать! – Надя встала и с пьяной решимостью открыла окно. Алла испугалась, что подруга сейчас закричит на весь Проспект Мира, но та лишь страдала от жары.