Министерство Астрологии

Пациенты в халатах медленно прогуливались по старым коридорам, а со стороны столовой раздавался кислый запах квашенной капусты.

Варфоломеев нашёлся в своём кабинете с распахнутыми дверями и окнами. Он сидел за столом, опирая голову на ладони, и изучал документы. Алла постучала о косяк двери, и главврач печально улыбнулся ей, говоря:

– Проходите, пожалуйста.

Девушка села напротив него, разглядывая документ под руками врача, но не могла разобрать ни слова.

– Довольны? – спросил Варфоломеев, не глядя на Аллу.

– Простите?

– Добились чего хотели? – главврач посмотрел на посетительницу, и его глаза остекленели от подступающих слёз. – Нам задним числом отозвали финансирование на развитие. А знаете, что это? Это деньги на новое оборудование, замену старого, новые койки, новый персонал. Всё! Довольны?

– Нет, мне очень жаль. Но проблема не в вашей больнице, а в системе! В чёртовом Постановлении о Приоритетности! В Минздраве!

– Серьёзно? Спасибо, что печётесь обо всей системе, дорогуша, но у меня сегодня утром два пациента умерло, потому что мы не заплатили подрядчику за аппарат искусственной вентиляции лёгких.

И, по-хорошему, нам бы сейчас перевести всех пациентов в другую больницу, но куда? Куда?

– Я надеюсь, Минздрав сможет вам помочь…

– Помочь? – саркастично рассмеялся Варфоломеев. – Вы обрушили на нас бюрократическую машину проверок из-за того, что сами не знаете зодиакальные законы нашей страны! В Минздраве не стали разбираться, что вы пожаловались не на нас, а на Постановление о Приоритетности Пациентов – полностью законный документ, – которое мы соблюдаем, как и все остальные правила и постановления.

Они перекрыли нам воду, и теперь у меня уйдут месяцы, чтобы доказать, что это вы были не правы, а не мы.

– Я обещаю сделать всё возможное с моей стороны.

– Да сделали уже всё.

Над столом повисла напряжённая тишина, которую попыталась перелететь жужжащая муха, но застряла посередине и села на лампу посередине.

Алла не выдержала и сказала:

– Но Постановление несправедливо. Теперь Минздрав обратит на него внимание.

– Вы настолько одержимы эгом и чувством собственный важности, да? Хотите убить моих пациентов, но доказать, что вы правы?

– Мне очень жаль ваших пациентов, но и я права. Нельзя лечить одних и оставлять умирать других, потому что они родились в неподходящий день года.

– Дорогуша, мир намного больше одного человека и одного эго.