Тени

«Vega», разумеется, распадется без Кэт, не желая искать замену своему лидеру и вдохновительнице. И у всех начнется обычная, «взрослая», серьезная жизнь, скучная и деловая, без дурачеств и приключений с друзьями, без ярких эмоций и великих миссий. Все будет благопристойно и благополучно, но «без огонька». Этой бытовой серости Кэт всегда боялась.

И сейчас, сжавшись в углу гримерки, она вдруг поняла, что боится этой серости больше, чем перспективы стать Тенью. А еще она вдруг почувствовала себя неблагодарной трусихой. Небеса наделили ее особым даром исцелять души, мечта делать людей счастливыми исполнилась — и теперь Кэт размышляла, не отказаться ли от этого подарка…

Стало стыдно.

— Да, — раздался рядом голос Большого. 

— Что?? — изумленно переспросила Кэт, мгновенно возвращаясь из своих тяжких размышлений в реальность.

— Эл спросил, не «25 кадр» ли там, на сцене сейчас, — пояснил Большой. — Я ответил: да, они.

— О, люблю этих ребят! — воспрянула девушка, на минуту забыв о своей дилемме, и подошла поближе к кулисам, чтобы лучше видеть и слышать выступающих. 

Кэт слушала группу «25 кадр» с самого момента их основания. Лучше них о чувствах никто не мог спеть, что бы там Писатель не говорил. На любовь они смотрели и со стороны ножа, и со стороны счастья и радости.

«…Ты можешь меня разбить –

Слова, как удар молота.

Ты можешь меня убить –

Молчанием на вес золота.

Ты можешь просто забыть –

В кровь разрывая надежду,

Ты не способна любить –

Ты просто снимаешь одежду…»

Глядя на неистовый драйв, царящий на сцене, на самозабвенный музыкальный экстаз слушателей, Кэт в очередной раз подумала, что просто не может от всего этого отказаться. Музыка стала частью ее, без нее Кэт уже просто не сможет быть собой. Все равно станет тенью — пусть в переносном смысле, но результат будет практически идентичным.

Поэтому свой синтезатор она брала в руки уже без колебаний. Она знала, в какую сторону будут сделаны ее следующие десять шагов. 

Кэт скользнула взглядом по участникам своей группы и отчетливо увидела, что они тоже не находят себе места от волнения. Будто чувствуют всю подлинную важность момента, который станет переломным. Эрик что-то быстро и нервно объяснял Большому, сжимая в зубах сигарету. Он вообще курил мало, только когда был повод.