Чужой выбор

Обогнув стоящие в ряд машины, они прошли в глубь гаража, где хранились лыжи и стоял верстак с инструментами.

– Я просто хотел поговорить с тобой наедине, – вполголоса объяснил Люк.

– Я уже догадался, мне ведь известно, что здесь у тебя полный порядок. Ты беспокоишься за Клеманс?

– Да вот, не могу придумать, каким образом защитить ее от этого типа. И не только ее одну, но и девочек.

– Ты считаешь, что он способен навредить детям?

– Он же сказал, что вернется, вот я и хочу все предусмотреть. Значит, как мы уже решили, я завтра же утром позвоню родителям.

Они, конечно, приедут, но, ясное дело, не смогут жить здесь несколько месяцев! Я вот что подумал: может, завести большую сторожевую собаку, чтобы отпугивала посторонних?

– Филиппина боится больших собак.

– Ах да… правда…

– И это очень жаль, потому что мне хотелось бы иметь здесь такую.

Они помолчали несколько минут, подыскивая нужное решение.

– Я мог бы сходить к нему и поговорить, – сказал наконец Люк.

– Нет, ты только подольешь масла в огонь.

Мне кажется, тебя-то он ненавидит сильнее всего.

– Но мы не можем вечно жить под такой угрозой! Клеманс только об этом и думает. Да и я тоже.

– Но ты ведь сам сказал, что не из-за чего так психовать. Чем больше мы говорим об Этьене, тем сильнее боится твоя жена. Надо попытаться забыть о нем. А вот если он заявится сюда еще раз, тогда уж мы с ним объяснимся раз и навсегда.

– Мы-то объяснимся, но он может застать Клеманс одну. А она буквально цепенеет перед ним, как кролик перед удавом.

– Ты напрасно считаешь, что твоя жена – такое робкое создание, это совсем не так. Вспомни: когда он сюда явился, она не испугалась и сумела выставить его вон.

– Да я знаю, что она на многое способна, но перед этой скотиной… Этьен ведь не просто зверь, он бешеный зверь! Сколько лет прошло, а он все еще одержим мыслью о ней, – на такое способен только безумец. Настоящий безумец, в медицинском смысле этого слова.

Виржил обескураженно покачал головой.

– Мне ничего путного не приходит в голову.

Попроси Клеманс быть осторожной, крайне осторожной. И если произойдет еще что-нибудь в этом роде, мы обратимся к властям. Я знаком кое с кем в жандармерии, они примут мое заявление всерьез.

Люк кивнул, но было очевидно, что Виржил его не убедил.

– Впервые жалею, что поселился здесь, – буркнул он, направившись к лестнице.

Виржил догнал его и остановил, положив руку на плечо.

– Постой… Объясни, что ты имеешь в виду.