Глядя на море

– Ты действительно вообразил, что тебе никто не нужен и что ты выберешься из этого самостоятельно?

– Почему бы и нет?

– Как бы не так! Твоя дочь вне себя от беспокойства.

– Знаю.

– Итак, по праву старшего брата я обязан…

– Только не заводи эту песенку, пожалуйста: старший брат, глава клана, ответственный… Расскажи все это кому-нибудь другому, только не мне. С каких это пор ты интересуешься моими проблемами? И что дает тебе право думать, будто ты способен мне чем-то помочь? Это будет великая премьера! Ведь ты ничем подобным никогда не занимался.

Слушай, если ты проездом в Гавре по делам страхования, я охотно выпью с тобой стаканчик. Но если ты собрался поучать меня с вершин своего старшинства, как мне жить дальше, – немедленно убирайся!

Фабрис счел за благоразумие промолчать. Брат казался настолько напряженным, что, вероятно, лучше было не подталкивать его к решительным действиям. Внимательнее оглядев Матье, Фабрис только что заметил, как сильно его брат исхудал: черты его лица заострились, глаза ввалились, лицо было очень бледным.

– Ты плохо выглядишь, – как можно мягче постарался сказать Фабрис. – А не напиться ли нам как следует, что скажешь? Я приглашаю!

– Последнее, чего я сейчас хочу, – это напиться. Вместо этого я могу предложить тебе кофе.

– Я бы предпочел что-нибудь позабористее. Ты что, больше ничего не пьешь, кроме воды?

– Почему? Я по-прежнему ценю хорошие вина, однако стараюсь не перебарщивать, поскольку вином ничего не решишь.

Матье направился в кухню, сделав брату знак следовать за ним.

Достав из холодильника бутылку шабли, он открыл ее и взял два бокала.

– Ты поклонник минимализма в меблировке, – сыронизировал Фабрис, указывая на пустой стол и пару скамеек из светлого дерева. – Здесь хватит места, чтобы устроить целый рок-концерт. Ты решил не обставлять этот дом?

– Да я впервые живу здесь так долго, раньше лишь изредка приезжал.

– У этой виллы огромный потенциал. Видел бы ее Жан, он сразу подкинул бы тебе кучу идей.

Упоминание о Жане, который работал в Лондоне в области недвижимости, не вызвало оживления на лице Матье.

– Жан не в состоянии пересечь Ла-Манш, можно подумать, у него морская болезнь.

Фабрису вдруг надоело играть в хорошего парня, и он раздраженно буркнул:

– По-моему, ты не любишь Жана, как, впрочем, и никого из нас троих. Ты всегда старался держаться особняком.

Матье невесело рассмеялся, пожал плечами.

– Ты говоришь бог знает что, Фабрис, и прекрасно это знаешь.