Главный везунчик королевства

К слову сказать, день и впрямь был длинным, но солнце уже клонилось к горизонту, а другое, не зеленоватое, а белое и более мелкое, наоборот, карабкалось к зениту. Похоже, ночи тут светлые. Оттого и такие плотные шторы.

Довольный тем, что разобрался хотя бы в одной загадке без чужой помощи, я сел рядом с водителем. Морис разместился сзади. Спрашивать его, почему он едет с нами, я не собирался. Ну мало ли, живет контрабандист неподалеку. Или просто решил убедиться, что я доеду нормально?

После всего выпитого это было бы довольно осмотрительно с его стороны.

Но я на улице от свежего воздуха как-то заметно взбодрился и без всякого сомнения доехал бы сам. Но не говорить же это единственному человеку, готовому мне помочь? Вот я и не стал.

Телега ехала не как автомобиль. Медленнее и словно катер на волнах. Чуть качаясь, отчего меня начало клонить в сон.

Я прикрыл глаза. На минуточку, не больше, и откинулся на сидении. Когда это тело спало последний раз? До моего разговора Фил явно не разговорами развлекался с Эрис и не дрых рядом с ней.

Молчал Морис, наверняка разморенный не меньше моего. Молчал и водитель, видя наше состояние. Не зря у него была такая блестящая жестянка!

Я размышлял о том, как усядусь сейчас читать дневник жизни и наконец подумаю о том, что делать с Эрис. Может, мне стоит уехать в командировку? Королевство явно немаленькое, городов должно быть много. Как знать, может, она и забудет о том, что хотела за меня замуж и найдет другого дурака?

Мне стало смешно, и я очнулся от дремы, и открыл глаза.

Кажется, это меня спасло.

В тот момент я так не думал, ведь сбылся мой самый стойкий пока что тут страх — на встречу с моей головой несся огромный кривой клюв куролиска, которого здесь почему-то считали лошадью.

— А-а-а-а!!! — заорал я что есть мочи и, я не горжусь этим, но нырнул за спину водителя. Включились звуки. Словно до этого момента я был в берушах или вроде того. Вокруг кричали люди и куролиски, скрежетали механизмы, кто-то стучал по мостовой, пытаясь отвлечь взбесившуюся тварь.

Но тщетно.

Клюв вонзился в мягкую обивку сидения, но тотчас снова взвился в воздух, чтобы ударить по водителю. Раздался такой звук, словно молотком ударили об камень.

Об камень! Я коснулся ладонью спины водителя. Холодная и твердая!

Мимо пронеслось подобие лассо — Морис был жив, не окаменел и не сбежал. Лассо попало на шею куролиску и заставило его снова вонзиться клювом в мягкое сидение, за которым скрылась вся его голова. Тут его наконец и повязали.