Носитель хаоса

Он сам бывал в нём очень часто, так как курировал вампирское направление комитета. Именно тут базировалось подразделение. Именно тут было место казни и тюрьма для вампирских преступников. Тысячи лет у них были собственные законы. Они действовали и сейчас. Но в связи с появлением комитета были внесены серьёзные правки. Это ещё один пункт, согласно которого Галеона приговорят к смерти. Наконец, он подошёл к залу совета.

«Интересно, они убьют меня прямо здесь?» – невольно подумалось Галеону. Он смело зашёл просторный зал полусферической формы.

В центре потолка светилась руна света. Она светилась уже две тысячи лет и никогда не гасла. Вампир прошёл в центр зала. В полумраке виднелись трибуны. Согласно вампирьей традиции, подсудимый обязан представиться полным именем и всеми именами, которыми он назывался за всю свою жизнь. Начальник комитета мировой безопасности вдохнул в лёгкие воздуха и начал:

– Я, рождённый под именем...

– Знаем мы твоё имя, – вздохнул один из первородных.

Он говорил на древнем языке, официальным для вампиров. Акустика позволяла прекрасно слышать, что говорят с трибуны.

Галеон, растерявшись посмотрел на то место, где должен сидеть секретарь, фиксирующий всё сказанное на процессе, в протокол судебного заседания.

Место пустовало. Это было подозрительно. Луций сказал, что все готовы. А если нет секретаря, значит суд не начался.

– Ты в зоне серьёзной критики, – послышалось с второй трибуны.

– Я полностью осознаю и признаю содеянное.

Как человек чести я готов понести наказание, – покорно склонив голову начал Галеон. – Но прежде, чем вы вынесете свой приговор, я разбудил вас...

– Ой, да брось! Разбудил и разбудил, – махнул рукой Альфа. Имя этого первородного утаивалось. Во всех записях он так и указывался: «Альфа».

Он был первый из проклятого рода. Галеон озадаченно поднял взгляд:

– Я не понимаю.

– Он думает, что мы его сейчас казним, – подсказал древний с левой трибуны.

Альфа удивлённо взглянул на Галеона.

– Нет, мы не казним таких как ты. Ты миллион раз доказал свою полезность нашему обществу.

– Ещё миллион и станешь одним из нас, – пошутил древний с левой трибуны. Он легче всего отошёл от сна и уже был готов шутить.

– Но вы сказали, что я в зоне критики.

– Ты наладил крепкие отношения между хищниками и колдунами. Тысячи лет мы не могли этого добиться. Ты сделал хищников равным слоем магического сообщества. Это многого стоит.