Заклятие

Как он спас меня от нападок пьяного Эдуарда и позволил у него переночевать, когда я забыла дома свои ключи. О том, как он готовил мне завтрак, и о том, как он впервые поцеловал меня.

На лице невольно проступила улыбка.

Приглушенные голоса друзей долетали до меня из-за закрытой двери. Мне было приятно, что за те семь месяцев, что я была не просто Амелией, а Диамантом − могущественным Воином Света, мы все по-настоящему сблизились. Ребята наконец-то полностью приняли в нашу маленькую «команду» (да что там команду, самую настоящую семью) Даниеля и Анджея.

Без их участия никогда не принималось ни одного важного решения. После всего произошедшего в Лондоне смягчился даже Марк, который уже не считал Анджея «самым обычным кровопийцей», а полностью на него полагался, принимая ни за кого иного, как за близкого друга. Что касалось Даниеля, то несмотря на то, что этот молодой человек с пронзительными карими глазами и густыми черными волосами все еще «официально» оставался нашим преподавателем по зарубежной истории и даже курировал написание дипломов Полины и Ксандра, он также стал практически незаменим. С его обширными знаниями в разных областях и невероятной усидчивостью и любознательностью, мы чувствовали себя готовыми ко всему. Обычно, Даниель всегда знал ответ буквально на любой заданный ему вопрос, и даже в самой, казалось бы, совершенно безвыходной ситуации, именно преподаватель приводил нас всех к «спасительному» решению.

«Боже, − подумала я про себя, − как же я рада тому, что я не одна в этом мире! Как же хорошо, когда тебе есть на кого положиться… Полли, Лиза, Кейша, Марк, Ксандр, Андрей…».

Я замерла.

«Андрей! − пронеслось у меня в голове, − Мы же совершенно о нем забыли…».

Тошнота и головокружение почти сразу же отступили. Я поднялась с блестящей керамической крышки и направилась к широкой двойной раковине, заключенной в черную мраморную столешницу.

Включив воду, я поспешила умыться. Мысли почти сразу же стали приходить в порядок. Странно, что для того, чтобы прийти в себя, мне оказалось достаточно такого маленького незначительного пустячка, как немного прохладной воды.

Сняв с хромированного поручня свое мягкое розовое полотенце, я поспешила вытереться, а затем посмотрела прямо перед собой.

Кажется, мое отражение никак не было связано с моим самочувствием. Лицо разрумянилось, глаза живо горели. На первый взгляд не было никаких признаков переутомления или какой-либо болезни, но, как бы там, ни было, я все еще чувствовала себя довольно паршиво.