Двадцать пятый час

– Вот, уже лучше. Глянь, как тут весело!

Он резким махом спихнул со стола все книжки и расчёты. Листки красиво разлетелись и застыли. Вышел этакий книжный снегопад, можно было затеряться среди страниц в буквальном смысле!

- Ого… - заворожённо вздохнула Мира, впервые за много-много лет чувствуя, как внутри зашевелился всамделишный восторг.

- А знаешь, что самое крутое? – шепнул ей на ухо контролёр. – Что здесь нет времени в принципе, и именно поэтому тут можно всё!

Они прелестно провели время. Мира давно так не отдыхала.

Они разгромили и привели в порядок её комнату, прогулялись по городу, где особенно занятным было играться с лужами и брызгами от них, рассмотрели звёздное небо во всех подробностях и много чего ещё сделали, на первый взгляд, совершенно обычного. Но знание того, что времени нет, что никто не укажет срочно бежать и делать что-то обязательное, но неприятное, придавало всему происходящему особый вкус свободы.

- Ты веришь себе. Они все верят друг другу, - задумчиво изрёк контролёр, прожёвывая будильник из Мириных запасов.

– А в самое важное верить ни у кого из вас не получается.

- Классное наблюдение, - моментально надулась Мира. – Что прикажешь делать?

- Привести всё в движение, - просто ответил тот. – Гляди.

Они сидели на берегу реки, смотрели на застывшее течение.

- Не двигается никуда, просто потому, что кто-то отчаянно боится сделать первый шаг и позволить ей течь. Принять, что не всегда река течёт так, как задумано, но иногда именно так, как надо. И что косяком рыб в ней всегда плавать веселее, чем одной рыбке, - пояснил контролёр.

– А ещё, что какими бы немыми рыбы ни были, но что-то действительно настоящее они друг другу всё же говорят. Иначе бы они просто друг друга не поняли.

- Убедил, - хмыкнула Мира. – Попробую я.

***

Мира замерла перед дверью в квартиру Кирилла. По иронии судьбы, жил он как раз на Речной улице. Ага, в двенадцатом доме. Списались накануне. Решила поговорить подробно. С ним – буквально сразу же после родителей. Те не факт, что поверили, но уже просто обрадовались, что дочка с ними поделилась.

Выдали с улыбкой что-то про богатое воображение, но хоть успокоились.

А теперь – вот. Самое страшное. Потому что семья – это одно. А вот чужие – совсем другое.

Закрыла глаза. Выдохнула. Сжала кулак. Постучала.

Открыл! Только…

Из кудряшек торчали кошачьи уши.

- А Ника-то хоть человек? – невольно улыбнулась Мира, встав руки-в-боки.

- Разумеется. Да и я, в общем, тоже, - развёл руками Кирилл.