Маг на передержке 3

— Ну, не буду вам мешать. Очень рад, что у меня появились люди из владений Арбадакса. А то до меня доходили слухи, будто у вас даже самый занюханный простолюдин чуть ли равен нашему магу, и поэтому вы брезгуете ехать в Аэрну.

Антон с Кирой рассмеялись.

— У нас все немного иначе организовано. Нет расслоения на благородных и простолюдинов, по крайней мере, явного. Поэтому жителям Аэрны с их мировоззрением кажется, что все мы там немного благородные. — Пояснил Антон.

— А как же тогда понимать, кто перед тобой?

— А никак.

Одинаково здороваешься, что с соседом, что с главой города, если ты, конечно, не подхалим. А если тебе сильно нужно, то на кабинете важного человека висит табличка с указанием степени его благородства. Вот так устроено, поклоны никто не бьет и на колени не становится.

Балагут впал в легкий ступор.

— Путано как-то получается. Беспорядок.

— Я думаю, вы еще не дозрели до таких отношений, но наше сотрудничество поможет сделать качественный скачок вашему обществу. — Антон вдруг ощутил себя прогрессором, оказавшимся в «диком» прошлом.

— А не за эти ли разговоры вас попёрли оттуда? — Состроив подозрительную мину, поинтересовался хозяин дома. — Чтобы больше я не слышал этих крамольных речей. Наболтаете простакам о том, что они могут быть равными мне, они за вилы и возьмутся. Пока все на своих местах, и каждый с рождения знает, кто он таков, будет порядок. — Балагут открыл дверь. — Никого к себе не пускайте и не хвалитесь вещами, это опасно. Да, чуть не забыл, у вас будут новые нормальные имена, вместо ваших чудных, Чубок и Васила.

Запомнили? Всё, спите.

Он ушел, протопал по грязному полу стеклодувного заводика и заскрипел ступеньками лестницы.

— Васила, дурацкое имя, недоделанное какое-то.

— А Чубок лучше? Сразу представил себя на фотографии в детском саду с оставленным чубом.

— Правило номер один, никому не рассказывай о порядках в Мухосранске. — Произнесла Кира, дождавшись, когда закроется верхняя дверь. — Оптимизма становится меньше с каждым часом.

— Да уж, если нас еще и отсюда выгонят, то я не знаю, что делать. Придется молчать и соглашаться со всеми, кто предоставит ночлег и работу.

— А то у тебя на работе не так было? — Усмехнулась Кира.

— Отсюда мораль, любая работа устроена по принципу средневекового общества, с четким разделением на благородных и простолюдинов. — Выдал Антон умозаключение.

— Ой, вечно тебя тянет на философию, когда не надо. — Кира подошла к постели.