Красные нити

– Каспер, как хорошо, что вы уже здесь! – поспешно проговорил он, выкидывая в урну скомканный платок. – Кажется…

– Тише, вы что! – перебил его я.

Ещё не хватало, чтобы он при всех называл меня Каспером! Честное слово, чем он только думает!

– Там… там… – частил он. – Вы не поверите, там такое произошло!

Окинув Олега взглядом, я понял, что ругать подчинённого уже бесполезно. Выпитая им водка, похоже, с опозданием, но подействовала. Сейчас его заметно шатало, бледное лицо искривилось в дурацкой улыбке, зрачки были недвусмысленно расширены, руки дрожали, а говорил он быстро – тараторил и как будто глотал буквы и слоги.

В дальнем конце туалета, вжавшись в угол, стояли трое молодых пареньков – совсем зелёные студенты. Если им и есть восемнадцать, то исполнилось только сегодня. Ребята либо до смерти напуганы, либо под кайфом – а скорее и то, и другое. Видимо, один из них и звал на помощь, но сейчас они все словно воды в рот набрали – белые как полотно, безмолвно смотрят то на меня, то на спину Олега.

У их товарища передоз? Это первое и самое логичное, что поначалу могло прийти в голову.

– Олег, сделайте, как они просят, позвоните в «скорую», – велел я секретарю.

– А я, по‑моему, мобильный посеял, – с пьяной ухмылочкой ответил Олег. Вот ведь напился так напился!

– Держи, – я подсунул ему свою запасную трубку, простенький кнопочный кирпич.

Где это видано – пошёл якобы говорить с женой, а сам исчез на полчаса, да ещё и, оказывается, потерял телефон.

Служебный, между прочим! Ладно, я отчитаю его завтра, на трезвую голову, а сейчас пойду посмотрю, что там всё‑таки случилось.

Пройдя мимо грязных писсуаров, я заглянул в кабинку.

На белом кафельном полу лежал труп молодого парня. То, что это труп – я не усомнился ни на секунду. Глаза его были широко раскрыты. Цвет лица сливался с полом – такой же безжизненно бледный, а губы будто бы прозрачные. Только два ярко‑алых отверстия на сонной артерии виднелись ещё издалека. И тонкая струйка крови, ползущая вдоль кадыка, отчётливо выделялась на белой шее.

Она‑то и вытекла в дверной проём, собравшись в лужицу, которую я поначалу перепутал с «кровавой Мэри».

– Он мёртв, – констатировал я, скорее с облегчением, чем с ужасом. Для этого парня, безусловно, лучше всего было бы умереть. – Олег, помимо «скорой» позвоните ещё и в полицию.

Ребята, стоящие в дальнем конце туалета, едва услышав это, ещё сильнее попятились назад и вжались в стену.