Буря в Кловерфилде

Теперь же Александр даже не сомневался, что это божественные, а вовсе не дьявольские силы. И был счастлив с Голди, а не пытался сжечь ее на костре.

Кого-то культ Калунны ловил в свои сети и не выпускал, а кому-то дарил крылья. И Беата не до конца понимала, к первым она относится или ко вторым.

***

Перед началом действий в Кловерфилде Беата решила завершить последнее важное дело. Она долго колебалась и откладывала его, одновременно желая и страшась прикосновения к древней тайне, лишившей ее покоя. Забыть о ней было бы проще простого, но Беата не могла этого сделать.

Она приоткрыла дверь в темную бездну, полную сияющих звезд, и та манила ее. Теплым шепотом, мурашками по коже, обрывками воспоминаний, которые принадлежали не ей, а той, что была до нее.

Эту дверь требовалось закрыть, но перед этим она в последний раз поговорит с теми, кто спас ей жизнь. Убедится, что они избежали гибели (можно ли так говорить про мертвых?), и больше никогда их не потревожит.

Беата устроила спиритический сеанс с Эйне и Гилем.

Она дождалась вечера, когда Джеральд ушел на тренировку с Александром, и позвала черного фамильяра для колдовства. Поставила в гостиной два зеркала в полный рост. Темную магию Беата не любила и опасалась ее, потому уделила много внимания защитным рунам и чарам: не от Эйне и Гиля, а от хитрых голодных мертвецов, что могут прийти в их облике. У нее, в отличии от Даны, не было природных способностей к магии смерти, а значит, ее легко могли заморочить и погубить. Беата вспомнила, как Валери захватила ее тело и как некромантка на кладбище обманула Дану, сыграв на ее жажде знаний.

Поежилась. Ничего, она лишь один раз переговорит с кецалями и больше звать их не будет. Мгла защитит ее и поможет, если дело примет совсем дурной оборот.

Все было готово.

Мгла вопросительно мяукнула и коснулась ее мягкой лапкой. Беата сообразила, что уже несколько минут сидит перед зеркалами, не решаясь начать сеанс связи с мертвыми охотниками Калунны.

Она боялась их?

Нет.

Беата страшилась чего-то иного, но даже себе не могла объяснить, чего именно.

Она начала призыв, и зеркала заменили ее отражения на образы двух мужчин.

– Моя госпожа, ты пришла! Я говорил, что она нас не забыла, говорил же! – торжествующе воскликнул Гиль. – А ты сомневался, птичья башка!

Беата рассмеялась. Страх и сомнения исчезли в одно мгновение. Гиль улыбался, очаровательно шевелил пушистыми ушами с кисточками и не сводил с нее счастливых желтых глаз.