Как приручить дракона

"Гензель и Гретель!" На улице Карла и Марлы! - провозгласил белобрысый длинный шкет, и остальные пацаны согласно закивали.

Я едва удержался, чтобы не заржать, с трудом подавил улыбку. Ну и параллели, ну и кошмар! Кажется, знаю, где эта улица располагается...

- И что, правда, хорошо стригут?

- Стригут обычно... Там Гретель работает, ну, и другие гномки... Так у них такие большие си-и-и-и... Синие глаза! - белобрысый руками показал совсем не глаза. - Любо-дорого!

Я снова фыркнул. Сколько ему - четырнадцать? А уже туда же!

- Ну, спасибо.

Пойду стричься и на си-и-и-ние глаза смотреть! Пока, пацаны!

- Пока, Пепеляев! - откликнулся белобрысый шкет.

Определенно, к нему стоило бы присмотреться, если бы я был его учителем. Из таких может выйти толк, если он не озлобится и не скурвится.

И я пошёл стричься, а пацаны полезли на турник, пытаясь повторить, то, что увидели, и горячо обсуждая технику и ухватки. Только бы не убились от дурного энтузиазма!

***

вот тут можно уже книжке лайк поставить, нет в этом ничего зазорного)) не понравится - уберете его потом)

Глава 7.

Физиология

Проблему с базовыми потребностями я решил за три дня. Забил продуктами холодильник и буфет, провел ревизию белья, одежды, канцелярских принадлежностей и бытовой техники. Выяснил, где в городе находится милиция, больница, главпочтамт и библиотека, рынки, продуктовые и промтоварные магазины - всё это располагалось примерно там же, где и в моем Вышемире, в центре, на том самом заветном пятачке между Набережной и Земской.

Вымыл и вычистил всю квартиру, выкинул кучу ненужных на мой сегодняшний взгляд вещей и начал присматриваться по поводу ликвидации ещё и к ковру, и к удушающей стенке из шифоньеров и комодов, но в стенке было много книжек, а книжки я любил. И любил активно: кроме уборки, спорта и разведки я провел эти три дня уткнувшись в бумажные страницы пыльных томов, напечатанных на латинке. Мозголомство, конечно, но обойтись без этого было нельзя: нужно было привыкать! Тем более - книжки тут накопились крутейшие.

Например - "История Европы" Евгения Тарле, одного из лучших историков-писателей 20 века! Или - этнографический словарь Ратцеля. Оказывается, и тут, в этой реальности эти талантливые ученые плодотворно трудились, и их книги воистину стали для меня кладезем информации по прошлому этого мира и его этническому и расовому составу! Кроме Тарле и Ратцеля тут имелись свои Пушкин, Лермонтов, Достоевский и много других, великих и знаменитых.