Во сне и наяву

Сон-то на двоих делится, вдвое крепче. Вот тут Мурка моя ясноглазая на печи по полдня спит, полдня бодрствует, а ты даже в пустой дом зайти могешь – не истаяла избушка моя. Вот еще одна тебе подсказка. – Показала рукой на сухие травы и сундук в горнице. - Чего из сна принесешь, все к себе положить сможешь, да потом взять беспрепятственно. По карманам таскать - потерять легко, а вернуть - не найдешь. А как освоишься, то прирастай к месту своему, чем душа лежит. Хочешь лес сажай, а хочешь дом строй. Животина и в доме, и на поле спать будет, слова не скажет против.

Глава семнадцатая. Явь

Лизавета проснулась без будильника. Настроение было отличным. Солнце уже вовсю светило в окно. Скоро майские праздники, а кое-кому Елизавета Петровна собиралась накрутить хвоста.

- Похоже, не выгорел мой план Барбаросса, с наскока такую науку не возьмешь. Ну, ладно, тогда будем работать по плану Б.

Стратег вертела молчащий телефон, не вставая с кровати.

- Заработало! Сейчас прилетит старый Пегас мой, - вылезая из-под одеяла, думала последовательница Макаренко. И точно. В окно начали стучать.

- Лизка, просыпайся! Проспишь. Лизавета! Трубку чего не берешь? – под окном стоял улыбающийся деда.

Лиза счастливо засмеялась в ответ и набрала по видеосвязи Акимыча.

– Алле! Алле! - ответил на экране красный от волнения нос.

- Хорошо слышу! Прием отличный!

Нос сменился волосатым дедовым ухом, но от этого меньше радости не стало. Пока завтракали, проверяли, чего деда Вася запомнил из рассказанного ночью. Платок попросил приберечь, глядишь, для связи шпионской пригодится - чего-то передать без ушей. Да и дальше так учиться Акимыч был совсем не против. Лиза подозревала, что платок уже не нужен, она деда и так найдет, но обещала беречь «пуще глаза».

- Я тебе денег наличных оставляю вот на пару дней. Смотри, не пропей. Ты теперь главный герой видеоблога, – наставляла Лизавета, собирая сумку. - Поживешь у нас тут в доме. Кобеля своего обещал привести – вот вам скучно и не будет. Получится сговориться по поводу березы, как хотели, я еще перекину.

­- Да чего ты со мной, как с несмышленышем-то, – сказал дед и со значением на камеру покосился. – Не боись, Елизавета Петровна, не посрамлю.