Тень Исаака

Каждый день Алиса меняла свою одежду, и никогда не носила одно и то же, причем одевалась она всегда очень стильно - не то, что парни смотрели ей вслед, присвистывая и боясь шелохнуться, но и даже девушки негласно признавали ее вкус и превосходство в плане стиля, грации и аристократичности. За прической Алиса всегда следила и свои длинные роскошные волосы держала в безупречном состоянии. Иногда в этих волосах проскакивали несколько полосок серебристого цвета, но таким образом Алиса привносила разнообразие в свой облик, и, надо признать, у нее это получалось.

Смеялась Алиса редко, но если Исааку все же удавалось ее рассмешить, то это был звонкий, но в меру деликатный смех, который обнажал ряд ее белоснежных ровных зубов и заставлял несколько маленьких слезинок из таинственных глаз скользить по бархатным, полными жизни, щекам. Иногда, правда, взгляд у Алисы становился непривычно жестким и злым, и Исаак в такие моменты сильно себя корил за то, что ненароком сделал что-то не то, при этом сама Алиса его утешала:

- Успокойся, это чисто мой нервный тик.

Иногда на меня находит тоска и некоторая злость от нереализованных планов, и я становлюсь «не той», но это быстро проходит, и твоей вины здесь нет нисколько.

На немой вопрос про нереализованные планы Алиса лишь печально качала головой, улыбаясь куда-то в даль. Исаак думал познакомить Алису с Петром, однако каждый раз в глубине души у него загорался нехороший темный огонек, который подсказывал ему не делать этого.

Ревность, зависть, не желание отходить на второй план и отдавать первенство харизме Петра — Исаак не знал, лишь догадывался, что, скорее всего, это совокупность всех этих чувств. Один раз его все-таки заела совесть, и Исаак, собравшись с духом, предложил Алисе познакомиться с его единственным, и, возможно, лучшим другом (до Алисы), но она лишь равнодушно пожала плечами и сказала:

- Можно, конечно, но зачем? Мне интересен только ты, и не думаю, что в ближайшее время будет кто-то интересен еще.

Конечно же, после таких одновременно окрыляющих и сбивающих с ног слов, Исаак и думать забыл о Петре, хотя ему немного было грустно от того, что Петр так надолго загрузился в своем проекте и даже не интересовался личной жизнью друга.

Так прекрасно прошел практически весь декабрь. Новому году в институте не придавали особого значения.