Тень Исаака

На улице становилось все холоднее и холоднее; разозленный по своим причинам ветер гонял воздух с одного края полуострова на другой; темные тучные облака заслоняли день так, что было не понятно, сейчас утро, день или вечер — настолько все было серо, однообразно и мрачно. Тем не менее Исаак упорно ходил на берег, мерз, сидел на лавочке и дрожал, смотря с остервенением на далекую темноту моря. Только самому морю, казалось, было по барабану на происходящие изменения в погоде и уж тем более — что там случилось у Исаака.

Так он продолжал свое полуовощное существование около недели.

Стоял январь, тропинку к морю замело плотным метровым слоем снега, и ее, естественно никто не планировал чистить. Было странно наблюдать за тем, как основную черную дорогу, по которой практически не ездили машины (или Исаак их просто не видел за год), снег не трогал, предпочитая оседать на близлежащей территории. В воскресенье, когда студентам позволено иметь хоть какой-то отдых, Исаак привычно валялся на кровати и смотрел на бесхозный и унылый потолок. В дверь тихо постучали, но этот стук мигом вывел Исаака из его инертного состояния, и он с замиранием сердца ринулся к двери, надеясь там увидеть...

На пороге стоял Петр. Его взгляд был печальным и оценивающим, однако на губах все еще играла эта классическая лукавая улыбка.

- Я смотрю, ты без меня времени не терял, - осмотрел он Исаака. - Пройдемся к морю?

- Не знаю, есть ли смысл? Там все замело, да вьюга лютует.

- Однако, это не мешает тебе каждый день туда приходить, насколько я знаю.

- Так если ты знаешь, то что сам не присоединишься?! Или есть дела поважнее, чем проводить время с другом?? - взорвался Исаак.

Петра нисколько не смутил праведный гнев Исаака. Он заговорщически наклонился к нему и сказал полушепотом:

- У меня есть для тебя кое-что интересное. Пустяк, конечно, но все равно, думал тебе показать. Пойдем найдем какую-нибудь пустую аудиторию.

- Сейчас, соберусь хоть немного, - буркнул Исаак. Несмотря на вспышку гнева на Петра, он все равно был рад появлению друга.

В конце концов, тот его открыто не бросал, просто был занят своими причудами и не скрывал этого. Другое дело, что это были за причуды, Исаак не имел ни малейшего понятия.

Исаак начал приводить себя в порядок. Вокруг, насколько позволяло пространство, хаотично валялись вещи на полу: черные поношенные носки, болотно-зеленый зимний свитер, пособие по М-энергии в своей аляповатой обложке, открытый в произвольном месте блок с ненужным конспектом.