Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 7

Как так, Зинаида Петровна?

Она смотрела на меня, не моргая, сморщила старушечью мордочку и готова была уже зареветь.

— Зинаида, отставить реветь. Где у вас подходящее оборудование? — спросила я ее.

— Так нельзя в поликлинике такое делать, только в больнице. У нас нет ничего для этой операции, и наркоз нужен, и всякое такое.

— Так чего же вы тянете кота за причинное место? Зинаида Петровна, звоните в больницу, этому своему, Альберту Семеновичу.

Я уж было обрадовалась, что смогу спихнуть проблемного пациента в другие руки, но, посмотрев на хитрые рожи этих граждан, поняла, что что-то тут не то.

Зинаида позвонила в больницу и пригласила к нам хирурга, пытаясь ему связно объяснить хоть что-нибудь. Через пять минут к нам ворвался высокий, подтянутый, моложавый мужчина пенсионного возраста.

Зинаида кинулась к нему. Он ее отодвинул и прошел в операционную, глянул на ногу, потыкал в нее пальцем, покрутил в руках стопу. Пощупал лоб пациенту.

— Зина, твою же мать, Зина. Ты куда смотрела? Ты гангренозную стопу от нормальной отличить не можешь? Зина? Он вроде не твой зять, чтобы ты его собралась на тот свет отправлять? Зинаида, я же всегда на связи, в любое время дня и ночи.

Увидела, что что-то не так, звони мне. Твою же за ногу, тебя и налево, — ревел хирург. — А это еще кто?

Альберт Семенович смерил меня внимательным взглядом серых колючих глаз.

— Это Агнета Владимировна, — пролепетала Зинаида.

— Ох и имечко, — сказал он.

— Кто бы говорил, — парировала я.

— Вы кем будете, Агнета? — поинтересовался хирург.

— Я новая докторица, как выразилась эта леди. Есть карлики и есть карлицы, есть доктора и есть докторицы.

— Агнета Владимировна, я же просто не так выразилась, вы неправильно поняли, — стала извиняться Зинаида Петровна, заглядывая мне за спину.

— Вот что, милые девицы, поднимаем болезного и ведем его в больничку. Живо, — велел Альберт Семенович.

Хирург наклонился к пациенту и сунул ему в нос ватку с нашатырем.

— Любезный, любезный, поднимаемся, хватит дрыхнуть на столе. Вставай и пошли ножками в больницу, давай-давай.

Мужчина мотал головой из стороны в сторону и отказывался открывать глаза.

— Не порти нам статистику, — рявкнул ему в ухо Шелби.

Пациент вскочил как ужаленный.

— Дорогой, я тебе сейчас все расскажу, а ты уже сам решай, — Альберт присел на краешек стола. — Ножка твоя сгнила совсем-совсем. Чтобы ты дальше мог радовать родных собой, нужно ножку чикнуть. Времени на раздумья нет. Ясно?

— А можно ее оставить? — спросил мужчина.