Падшие

Еще вчера, каких-то несколько часов назад, я был обычным парнем. Учился, жил, строил планы. У меня все было хорошо!!! Полная семья, друзья, подруга, к которой я испытывал самому не до конца понятные чувства. И вдруг — два мужика, желающие меня убить, соседка, спасающая меня от них. Кровь, смерти, побег. Ведьмак Валера, адепты, Господа, Печати и Знаки. Вампиры, блин, с фамильярами! И вишенкой на торте — я сам не тот, кем считал себя с рождения! Какой-то Губитель! Которых, судя по реакции того же Шлепы, все побаиваются, но совершенно точно — не любят.

Настолько, что предпочитают убивать!

Чудо, что я еще в истерику не впал. Воспринимаю все почти нормально. Плыву, барахтаюсь, не тону в собственных эмоциях. Интересно, это временный эффект Печати, которую я на себя наложил в доме ведьмака или проявление той части личности, о которой я не знаю? Почему, кстати, память этой самой личности ко мне не возвращается? Мне ведь столько всего уже рассказали, а я даже ни на что не среагировал.

— Карина. — прервав молчание, я обратился к своей сопровождающей.

— Почему я ничего не вспоминаю? Я читал, что люди, которые потеряли память, вспоминают что-то, когда видят или слышат.

— Понятия не имею. — со вздохом отозвалась девушка. — Может, время еще не наступило? Например, Пламя проснулось, а личность Шахата еще нет?

— А так бывает?

— А мне откуда знать, как оно бывает, Кеша? Ты первый Губитель, с которым я встретилась. — помолчав немного, она добавила. — О чем я думала, вообще?..

Последняя фраза, видимо, касалась надежных, как швейцарские часы, планов суккубы на мой счет.

Которые про втереться в доверие, стать членом ближнего круга, возвысится. Но с карьерой, судя по всему, не задалось. И свалить уже не вариант — принесла присягу на Знаке.

Кстати, о карьере.

— Пока Шлепа трет с этим Жиробасом, расскажи мне про Игру. — попросил я. — Какая у нее цель, что это за вера и с чем ее едят? Губастый как-то не особенно толково объяснил, я больше запутался. А мне кажется, чем больше я знаю и понимаю, тем больше у нас шансов выжить.

Произнес это и понял — правда. Вопрос так и стоит, останусь я живым или нет. И это нифига не игра слов.

Карина медленно кивнула и начала говорить. В отличие от того же Шлепы, она не издевалась, не умничала, а вполне доходчиво объясняла. Я же со своей стороны постарался отключить критическое мышление, которое пыталось выставить слова моей спутницы, как полный бред сумасшедшего. А там было от чего с катушек слететь.