Кровь черного мага - 2

– Мы будем жить здесь?

– Нет. Тут слишком богатая обстановка. На него будет действовать негативно. Вы вернетесь во Фризию. Давно там не были, Цецилия?

– Уехала оттуда еще в молодости, – произнесла тетя. – Но вряди ли там за полвека что-то поменялась. Север слишком традиционен и консервативен.

– Во многих аспектах – да. Но кое-какие изменения нашей с вами родины все же коснулись. Приедете – увидите. Купите дом, достаточно большой и добротный, с участком земли. Физическая работа будет Эгихарду также полезна. И обучите его экономике.

Он должен знать цену любому труду и любому товару. Цена любого сокровища должна измеряться не только силой его блеска.

– Хорошо.

– И последнее. Эгихард слишком много времени проводил в одиночестве. Общение с братьями и сестрами у него не сложилось. Приедете во Фризию – подберите детей-сирот без магических способностей. Из темных, разумеется, и с покладистым характером.

– Во Фризии появился подобный приют? – удивилась Цецилия.

– Да, но там вы вряд ли найдете подходящих детей.

Цецилия с изумлением посмотрела на Маделиф. Даже я удивился, но разворачиваться к светлой волшебнице не стал. Встретился взглядом с тетей. Был уверен, что никакой недоброй улыбки на моем лице не было, как впрочем и еще одной эмоции, но Цецилия видимо все же считала это в моем взгляде. И я увидел, как ее начало мелко трясти.

– Что-то не так? – спросила Маделиф.

Тетя взяла себя в руки.

– И как это отразится на величине моей вины? – спросила она, опустив взгляд.

– Никак, если вы отработаете, как положено, все девять лет.

Во Фризии в последние годы появилось слишком много темных магов. Бегут на север, словно могут найти там найти спасение от всего, что они сотворили по всей стране.

Губы тети исказила кривая усмешка.

– Вы будете исключением, Цецилия. Надеюсь, вы это хорошо понимаете.

Тетя кивнула.

– Эгихард, пора.

Я почувствовал, как руки волшебницы легли мне на плечи и она развернула меня к себе. К этому моменту ни на моем лице, ни в глазах не осталось ни единой эмоции.

Лишь внутри бушевал пожар, который я подавлял, сдерживая дыхание, и под конец почти не дышал, лишь бы смять его в огненный комок, превратить в крошечную искру.

Искру, которая, когда придет время, вновь превратится в огненный смерч.

– Харди? Харди, ты меня слышишь?

Показалось, что сжимающая мне плечи Маделиф принялась меня трясти. Причем встряска была настолько приличной, что я в недоумении подумал, как это возможно при ее хрупком телосложении.