Зверь внутри

Отгоняя мрачные мысли, шериф поспешил на нижний этаж.Почему вдруг стало так тихо? Тайлер притормозил и осторожно, стараясь быть бесшумным, заглянул в помещение. В темноте, лунный свет ложился на стены холодными тенями. Тишина. Он прислушался вновь. Казалось, что волчицы здесь не было. Но Тайлер был уверен, если она выбила дверь камеры, то все еще там, внизу, затаилась, наверняка сразу почувствовав его запах.«Ради всего святого, не совершай ошибки, Лара, и я не трону тебя».И, сделав вдох, шериф толкнул массивную дверь.

Дверь в камеру, где он оставлял Лару, была сорвана с петель, это он заметил почти сразу. Она не могла убежать отсюда. Никак, он бы заметил. Значит, остался второй вариант. Шериф сжал пистолет крепче, пальцы болезненно заныли. Зверь спрятался где-то здесь, выжидает момент, чтобы напасть. Но не успел он сделать и шаг, как его припечатали к бетонному полу с такой силой, что, казалось чудом, что он ничего себе не сломал. Пистолет, который он сжимал в руке, уперся в теплое пузо оборотня, нависшего над ним. Из открытого рта волчицы капала слюна, но она не спешила нападать. Мокрый язык прошелся от мочки уха до подбородка. На лице шерифа не дрогнул ни один мускул, хотя видит бог, ему было очень страшно. Даже обычный зверь непредсказуем, а тут оборотень… зверь, в груди которого бьется человеческое сердце.*Лара*Запах. Такой знакомый, сладковатый, почти дурманящий. Волчица принюхалась и вновь лизнула человека в лицо.Мой.Человек напряженно смотрел на нее, сжимая в руках железку. Металлическую штуку, из которой, она понимала, может ее убить.Напуганный. Может выстрелить. Нельзя допустить.Лара чуть отстранилась и вновь лизнула шерифа в лицо.Игривость совсем не вязалась с ее огромными размерами, но она отчего-то наслаждалась этой маленькой игрой.Я не причиню тебе вреда.Вряд ли он понимал. Человеческий запах дурманом растекался в горле, но было еще что-то, что сбивало охотничьи инстинкты почти до нуля.Мой. Мой человек. Я его не трону. Нельзя!Постепенно начанало светать. Лара дернулась, словно приходя в себя от мучительного сна. Пистолет упирался ей в живот. По коже сразу пробежали мурашки липкого страха… а еще было холодно. Так чертовски холодно. Она поежилась и только сейчас поняла, что сидит на шерифе совершенно голая. Черт. Конечности еще плохо слушались, но Лара, как могла быстро, отпрянула назад и плюхнулась на каменный пол, ей вдруг стало стыдно и она, прикрываясь волосами, попыталась отвернуться.