ЛИМБ

Всего несколько секунд тишины понадобилась тёмной фигуре, чтобы правильно оценить ситуацию. Или он наконец заметил нож?

Человек шагнул из мрака в свет фонаря. Артистичной рукой с серебряным перстнем‑печаткой поправил, на плече… нет, не винтовку, а всего лишь футляр со скрипкой.

Вздох разочарования вырвался из моей груди. Чёрт! Вот теперь точно всё пропало!

– Я не с ними… – одними губами прошептала я ему и указала глазами на машину, не особо впрочем надеясь, что один утончённый музыкант сможет совладать с четырьмя невменяемыми бандитами

– Понятно, – его голос звучал спокойно и невозмутимо.

Даже, как могло показаться, с ноткой скуки. – Парень, советую её отпустить. Не рискуй. Уезжайте.

Тёмно‑карие глаза во мраке казались чёрными. Длинные пепельные волосы уложены сзади в хвост, открывая бритые виски. Чёрный приталенный пиджак. Ворот чёрной рубашки утянут чёрным же галстуком, поверх которого висит серебристая цепь. В ухе серьга или даже парочка – одно кольцо над другим. Сколько ему?.. Он гладко выбрит, поэтому возраст понять сложно.

Может быть, в районе двадцати.

Да, точно. Наверняка какой‑нибудь изящный питерский студент‑ботаник. Едет спозаранку на занятие в музыкальный колледж или институт. Едет и не доедет… Теперь мне стало страшно ещё и за него, по спине поползли колючие мурашки.

Резко похолодало. Поднявшийся ветер пригнал к нашим ногам ворох коричневых, уже по‑осеннему ссохшихся листьев. Далеко за домами, на востоке – там, где проявилась первая полоска рассвета – недовольно проворчал гром.

– Ты хорошо слышишь? Отойди от неё, и никто не пострадает.

– Братишки, – громила обернулся к машине, – что скажете? Походу нам объявили войну!..

Музыкант снял с плеч кейс со скрипкой, прислонил его к облупившейся стене здания. Гром прогрохотал уже ближе.

– Убери нож. И остальное тоже.

Лысый только сейчас застегнул ширинку на джинсах и хрипло заржал:

– А то что? Сыграешь мне похоронный марш?

Кажется, я совсем перестала его интересовать. Сплюнув, он отвернулся от меня и со всей силы пнул скрипичный футляр – так, что тот пролетел пару метров и, стукнув крышкой, упал.

Замки раскрылись, выскользнул наружу тонкий, блеснувший чёрной рукоятью, длинный смычок. Подкатился по пыльному асфальту к своему хозяину и замер рядом, будто послушный зверь.

Ох, зря ты полез меня спасать, красавчик! Одумайся и делай ноги – да, эти самые модные ноги в остромысых «казаках» с цепями – или тебя увезут отсюда ими же вперёд в брезентовом мешке!..

Остриё ножа рассекло воздух.